Афанасий Великий. Из толкования на Евангелие от Луки



Гл. 1

Ст. 20. И се будеши молча и не могий проглаголати, до негоже дне будут сия: зане неверовал еси словесем моим, яже сбудутся во время свое. Ангел справедливо не прощает неверующему Захарии, потому что имел он в пример прежде него бывших бесплодными и рождавших, как учат божественные Писания.

Ст. 35. Темже и раждаемое от Тебе 20 свято, наречется Сын Божий. Ангел не просто говорит Деве: раждаемое, чтобы не подать мысли, будто бы тело входит в нее совне, но присовокупил: от Тебе, — в удостоверение, что рождаемое восприемлется от ее естества. Свято же наречется не потому, что будет иметь обитающим в себе Сына Божия и соделается святым по причастию, но потому что действительно свято по естеству, так как есть Сам Сын Божий, и притом единый.

Ст. 36. И се Елисавет южика Твоя. Ангел наименовал Елисавету южикою Пресвятой Девы или потому, что происходили они от одного праотца Иакова, или потому что еще прежде законоположения Аарон, бывший из колена Левиина, взял в жену Елисавету, дочь Аминадавову, сестру Наасонову, 20 Слова от Тебе, которых нет в слав., находятся во многих греческих списках. 446 из колена Иудина. Ибо с сего времени царственное колено Иудино, из которого была Пресвятая Дева, сопряглось родством со священническим коленом Левииным, от которого была Елисавета. Посему всепремудрая благодать Всесвятого Духа чудесно устроила, что и сия жена Захарии, подобно жене Аароновой, именовалась Елисаветою, чтобы из самого имени ясно видели мы, что по Елисавете жене Аароновой есть южичество между Девою и матерью Предтечи Елисаветою.

Всесвятая же Дева, сказав: (38) Се раба Господня, буди мне по глаголу твоему, выразила тем следующее: я — скрижаль, на которой Писец пишет, что угодно Ему. Господь всяческих да пишет и творит, что хочет. И ангел, прияв от Всесвятой Девы сие исповедание веры, отъиде от нея.

Ст. 46. Величит душа моя Господа. Как словами славить Бога не выражается, будто бы совне придается Богу слава, и выражением святить Господа не обозначается, будто бы прилагается Ему святость, так и словами величать Бога не показывается присовокупление Ему величия. Напротив того, величающий Бога приемлет в себя причастие Его величия. Посему и сказано: величит душа моя Господа. И это не покажется странным тому, кто в точности дознал, что Бог не приемлет, но подает блага.

Ст. 48. Яко призре на смирение рабы Своея: се бо отныне ублажат мя вси роди. Как высоко девство! Всякий, желая подвизаться в других добродетелях, водится в том законом, но девство, превосходя закон и направляя жизнь к важнейшей цели, есть указание будущего века, образ ангельской чистоты. Посему многое можно сказать о девстве, но чтобы не останавливаться словом на 447 том, чтó явно для всех, вместо всего сказав одно, покажу тем величие сей добродетели. Владыка всяческих — Бог Слово, когда Отец благоволил все восставить и обновить, восхотел, чтобы только Дева стала матерью воспринятого Им на Себя тела, и Дева стала матерью. Так, пришел к нам Господь — человек, чтобы как вся Им быша, так и девство было от Него, и Им снова дарована была людям благодать сия, и продолжала в них возрастать. Посему в какой мере служит это похвалою для дев и указанием Его Божества, можно видеть из следующего. Если родители святых мучеников славны мужеством сынов, и Сарра радуется, родив Исаака, и, как говорит пророк, блаженны имеющие племя в Сионе, и южики во Иерусалиме (Ис 31:9), то в состоянии ли кто сказать, сколько похвалы для Святой Девы и богоподобной Марии в том, что соделалась и именуется Она Матерью Слова по плотскому рождению? Ибо сие Божественное рождение воспето ангельским воинством, а жена воздвигши глас рече: блажено чрево носившее Тя, и сосца, яже еси ссал (Лк 11:27), и Сама родшая Господа Приснодева Мария, увидев совершившееся с Нею, сказала: отныне ублажат мя вси роди. Но совершившееся с Мариею обращается в славу всем девам, потому что девственные ветви сии на Ней уже держатся, как на корне.

Гл. 2

448 Ст. 22. И егда исполнишася дние очищения ею, по закону Моисеову, вознесоста Его во Иерусалим, поставити пред Господем, (23) якоже есть писано в законе Господни: яко всяк младенец мужеска полу, разверзая ложесна, свято Господеви наречется: (24) и еже дати жертву, по реченному в законе Господни, два горличища, или два птенца голубина. Не по подобию иных человеков, не для того облекся Господь плотию, чтобы прийти в бытие и произойти на свет; соделался же человеком, чтобы освятить плоть. Если же кто слова поставити Его пред Господем понимать будет о Самом Господе, то в таком случае уклонится от надлежащего смысла. Ибо когда Господь сокрыт был от очей Отца и не мог быть Им видим? Или находится ли какое место вне Его владычества, где, пребывая, не предстоял бы Он Отцу, пока не был принесен в Иерусалим и внесен во храм? Но для чего приносили прообразовательные жертвы, когда был Он — сама действительность? Не для того ли, что написано сие не ради Него, но ради нас? Ибо как Он, сущий Бог, неизменяемо по естеству делается человеком, и обрезывается плотию, и крещается, и терпит прочее не ради Себя, но ради нас, чтобы мы, будучи человеками, по благодати соделались через усыновление богами и обрезались духовно, а не по Закону, крещением омыли греховную скверну, и распялись миру, и восстали Богу, — так и сказанное здесь об очищении их, о поставлении Его пред Господом и о прообразовательных жертвах совершено и написано не Его ради, но ради нас, дабы мы научились очищать и поставлять себя пред Богом, таинственно и духовно принося Ему два горличища или два птенца голубина. И горлица есть символ целомудрия и безмолвия, потому что животное сие пустыннолюбиво и весьма целомудренно, и если умирает горлица мужского или женского пола, то оставшаяся не сопрягается уже с другою. Птенцы же голубиные суть образ незлобия и кротости. Посему те, которые целомудрием очищают себя от плотских удовольствий и похотей, а незлобием и кротостью удерживаются от раздражительности и 449 гнева, действительно приносят добрые жертвы, являются лицу Божию и поставляют себя в Иерусалиме небесном. Ибо ничто так не угодно Богу, как незлобие и целомудрие. И действительно, Бог хочет соделать нас столь целомудренными, чтобы мы и не взирали даже на женщину с похотением, о незлобии же говорит: аще не обратитеся и будете яко дети (Мф 18:3) не по телесному возрасту, но под образом детей представляя незлобие, а в примере кротости и смиренномудрия представляет Себя Самого, говоря: научитеся от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем (11:29). Но если кто спросит: почему же обозначенных животных повелел приносить в числе двух и двух — и двух совершенных, а двух птенцов? Ответствую: поелику человек двусоставен, то есть состоит из души и тела, то Бог требует от нас двоякого целомудрия и двоякой кротости. Если по телу воздерживаюсь от плотских удовольствий, а по душе вожделеваю их, то я не целомудрен, но прелюбодей. Ибо сказано: воззревший, ко еже вожделети, уже любодействова в сердце (5:28). И также кто по наружности кажется кротким, но в душе раздражителен, тот не незлобив, но лицемерен и гневлив, видимое и мнимое незлобие служат у него покрывалом тайной злобы. Таковых имея в виду, говорит пророк: усты своими благословяху, и сердцем своим кленяху (Пс 61:5), и еще: глаголющими мир с ближними своими, злая же в сердцах своих (27:3). Повелевая приносить двух совершенных и двух птенцов, дает этим разуметь, что в благоразумии и целомудрии должны мы быть совершенны, но злобою, как говорит апостол, младенчествовать (1 Кор 14:20).

Но посмотрим, относительно чего, где и когда сказано: всяк младенец мужеска полу, 450 разверзая ложесна, свято Господеви наречется, — и что это за загадка закона?.. 21

Ст. 29. Ныне отпущаеши раба твоего, Господи, по глаголу Твоему, с миром. Посему будем презирать смерть. Ибо если и бояться ее станем, то умрем же, конечно, в определенное нам Промыслом время. Лучше встретить ее доблестно как нечто непременно требуемое, нежели уступить только ей бесславно. Кто кончает жизнь в богочестии, тот не умирает. А кто призывается единственно по времени как живший для себя, тому должно дать отчет и в самом времени, а если не даст, то услышит: восприял еси благая в животе твоем: ныне же зде страждеши (Лк 16:25). Поэтому должно мужаться, как заповедал апостол (1 Кор 16:13), чтобы умертвить уже нам уды, яже на земли (Кол 3:5); должно приуготовить дела к исшествию, чтобы, когда постигнет конец времени или будем позваны Спасителем, можно было и нам сказать: ныне отпущаеши раба Твоего, Владыко. А когда приидет Сам Господь, да обретет нас бодрствующими, а не спящими, и да не укорит нас, сказав: тако ли не возмогосте единаго часа побдети? (Мф 26:40) Душевный же сон есть нерадение и непамятование о смерти.

Гл. 4

Ст. 33. И в сонмищи бе человек имый духа беса нечиста, и возопи гласом велиим, (34) глаголя: остави, что нам и Тебе Иисусе Назарянине? Пришел еси погубити нас: вемы Тя, Кто еси, Святый Божий. Бес, сказавший: вемы Тя, не знал Его истинно, говорил же лицемерно. Но и в том, что сказано им в правду (ибо справедливо сказал: Ты еси Святый Божий), Господь наложил на него молчание 21 Дальнейшего в тексте не имеется. А. Ш. 451 и запретил ему говорить, чтобы и бес вместе с истиною не посеял злобы своей, и мы приобучились не внимать бесам, хотя по-видимому говорят они и истину. Ибо нам, имея у себя Божественные Писания и свободу дарованную Спасителем, неприлично учиться у диавола, который не соблюл чина и совратился в мыслях своих. Посему когда произносит он и изречения Писаний, Господь запрещает ему, говоря: грешнику же рече Бог: вскую ты поведаеши опрадания Моя? (Пс 49:16) Поэтому сам Отчий глас, вещающий: Сей есть Сын Мой возлюбленный (Мф 3:17), и поклоняющиеся Ему ангелы, и написавшие о Нем святые достаточно могут научить верных, что Он один есть Сын и Божие Слово. Ариане же, поелику не имеют чистого разумения и не могут послушать мужей божественных и богословов, то хотя бы у подобных им бесов пусть научатся, что не о многих возглашали сынах, но Сего единого ведая, говорили: Ты еси Святый Божий и Сын Божий. Ибо сам внушавший им ересь не сказал: Ты один из святых Божиих (ююююю), которых много, но говорит: Ты еси Святый Божий (ююююю), потому что Ты один. Поэтому весьма кстати присовокуплен здесь член (о агиос). Ибо Он один свят по естеству, другие же святы как причастники Его. Так и сами делатели лжи, нередко вынуждаемые очевидностью, и против воли свидетельствуют об истине. Ибо и демоны не евангелистов исполняли дело, но поелику не могли взирать на свет истины, то и взывали: вемы Тя, Кто еси, Святый Божий.

Гл. 8

Ст. 50. Иисус же слышав, отвеща ему, глаголя: не бойся, токмо веруй, и спасена будет. Господь у 452 призывающих Его прежде всего требует веры; так, слепому говорит: веруеши ли, яко могу тебе сие сотворити (Мф 9:28), и о беснующемся на новые месяцы говорит: если веруешь, будет здрав (Мк 9:23). Требует же сего Спаситель не потому, что имеет нужду в содействии других, ибо Он — Господь и Податель веры, но хочет нам показать, что не по лицеприятию склоняется на просьбы, внемлет же только верующим, а вместе с тем внушает не без веры принимать благодеяния и не утрачивать их по неверию. Ибо хощет, и даруя благодать, чтобы она пребывала; и врачуя, чтобы уврачевание было непреложно. Так, предостерегал Он расслабленного, говоря: здрав еси, ктому не согрешай (Ин 5:14). И как врач, приходя к больным, спрашивает сперва, хотят ли излечиться, чтобы от противления больных врачебному искусству, если прилагать о них попечение против воли их, само врачевание не сделалось бесполезным, так и Господь вопрошал врачуемых и подавал благодать верующим, чтобы верою могли они и удерживать благодать; потому что вера есть знак душевного произволения. Посему и говорит теперь: токмо веруй, и спасена будет.

Гл. 9

Ст. 57. Бысть же идущым им по пути, рече некий к Нему: иду по Тебе, аможе аще идеши, Господи. (58) И рече ему Иисус: лиси язвины имут, и птицы небесныя гнезда: Сын же человеческий не имать, где главу подклонити. Господь, видя, что книжник сей, обещаясь идти по Нем, говорит это только на словах, а не содержит того в мысли и увлекается иными помыслами, — постыждает его обличением, и не гонит от Себя, как бы отвращаясь от Него, и не обольщается словами его, как бы не 453 зная, каков Он, но как ведущий обличает и как вразумляющий исправляет. Господь как бы так говорит: никто, упокоеваясь в бессловесном, не может последовать Слову; друг бессловесных не в состоянии приять Слова; кто мечтает о бессловесных, тот не способен приобрести понятия о Слове. Действительно же, в самой дерзости книжника можно видеть признак его опрометчивости и невежества. Ибо если бы познал он силу Слова, то вовсе не составил бы себе ложного понятия о духовном Слове. И, будучи человеком, не осмелился бы сравнивать себя с непостижимою силою Спасителя, говоря: иду по Тебе, аможе аще идеши. Ибо идти вослед Спасителю с тем только, чтобы слышать Его учение, возможно еще для естества человеческого, впрочем по человеколюбию только Спасителя; сравняться же с Ним и последовать за Ним всюду и невозможно и дерзко для дающего такое обещание, потому что не можем мы пребывать с Ним, покоющимся у Отца. И возможно ли это для тех, которые иного естества? Невозможно для нас всюду сопутствовать Вездесущему, потому что Он беспределен, а мы ограничены; Он — в целой вселенной и вне ее, а мы во вселенной имеем определенной меры состав. И Господь, недвижимо и не переходя с одного места на другое, повсюду сущее приводит в движение и всем управляет; а мы человеки, переходя с того места, с которого движемся, этим оставлением места показываем, сколь малы пред непреходящим вездеприсутствием Его Божества. Господь исправляет книжника в том и другом, изобличает неготовность его к исполнению предприятия и научает величию Своего Божества, говоря: лиси язвины имут и проч. Это то же, как если бы сказал Он: все сотворенные существа ограничены и разделены между собою местом, 454 Слово же Божие имеет необъятную силу; поэтому не говори больше: иду по Тебе, аможе аще идеши. Если же хочешь стать учеником, оставь бессловесное и приступи к Слову. Ибо пребывающему в бессловесии невозможно стать учеником Слова.

Гл. 13

Ст. 20. Кому уподоблю Царствие Божие? (21) Подобно есть квасу, егоже приемши жена скры вь сатех триех муки, дондеже вскисе все. Пусть обратит внимание на это всякий сомневающийся в сказанном, а именно, что человек, приобретший и малую закваску добродетели, хотя не успел охлеботворить ея, однакоже имел такое намерение, но не возмог исполнить его или по безпечности, или по нерадению, или по недостатку мужества и потому что отлагал это день за день, не останется в забвении у праведного Судии, когда будет он нечаянно застигнут и пожат; напротив того, Бог по смерти такового возбудит ближних его, направит мысли их, привлечет сердца, преклонит души, и подвигнутые этим, они поспешат подать ему помощь и пособие. И поелику Владыка коснулся сердец их, восполнят они недостатки отшедшего. А кто, весь покрытый терниями, ведет худую жизнь, исполненную нечистот, кто никогда не приходит в сознание, небоязненно и равнодушно погружается в смрад сластолюбия, исполняя всякие плотские пожелания, вовсе не заботясь о душе и предаваясь совершенно плотскому образу мыслей, тому, если застигнутый в таком состоянии преселится он из жизни, никто, конечно, не подаст руку помощи, и участь его будет решена, так что ни жена, ни дети, ни братья, ни родные, ни друзья нимало не помогут ему, потому что ни во что не поставит его Бог.