Импортированная ненависть

На протяжении длительного времени антиеврейские погромы на Ближнем и Среднем Востоке являлись следствием локальных конфликтов. И только европейские колониальные державы распространили антисемитизм во всем регионеНа протяжении длительного времени антиеврейские погромы на Ближнем и Среднем Востоке являлись следствием локальных конфликтов. И только европейские колониальные державы распространили антисемитизм во всем регионе

 

 

Слова и действия «Исламского государства» (террористическая организация, запрещенная в России — прим. пер.) пропитаны злобой в отношении к евреям. И не только исламистские террористические группировки проповедуют ненависть к ним. В таких странах, как Иран, угрозы в адрес Израиля и теории заговора антисемитского толка составляют основу государственной политики. Кажется, антисемитизм — это объединяющий фактор, несмотря на все конфессиональные линии разграничения в исламе. Согласно опросам организации «Антидиффамационная лига (Anti-Defamation League, ADL), в зависимости от страны, от 53% до 83% мусульманского населения региона испытывают враждебность в отношении евреев.

 

Поэтому кажется естественным предположить, что причина — в исламе. Однако цифры приводят в замешательство: по данным опросов, высказывания христиан, проживающих на Ближнем или Среднем Востоке, не менее враждебны по отношению к евреям, чем суждения тамошних мусульман. От 65% до 70% христиан признают, что испытывают неприязнь к евреям. Таким образом, речь идет не столько о мусульманском, сколько о региональном и политическом феномене?

 

На самом деле ненависть к евреям практически не играет роли в древней исламской традиции. В отличие от истории христианства, там отсутствуют связанные с теорией заговора стереотипы, оскорбляющие евреев: исламу были чужды легенды о ритуальных убийствах, в исламском мире Средневековья евреи не считались ни ростовщиками, ни отравителями колодца, ни врагами Божьими или антихристами. Правда, в некоторых текстах того времени распространяется представление, будто евреи — предатели и обманщики. Но одновременно их расхваливают и выставляют образцом богоугодного благочестия и богобоязненной жизни.

 

Мусульманские ученые уже в раннем Средневековье признавали евреев как легитимную народность, а мусульманские юристы относились к ним так же, как к другим религиозным меньшинствам: как к «опекаемым». Для этого правового статуса, который обеспечивал защиту в обмен за верность, был характерен особый налог, превратившийся позже в «поголовный налог».

 

При этом в отношении евреев действовали четкие правовые ограничения: они не имели права носить оружие, могли ездить только верхом на осле и были обязаны одеваться так, чтобы их еврейское происхождение было заметно (чего, впрочем, редко удавалось добиться). Они не имели права нарушать мусульманский культ, подстрекать мусульман к принятию иудаизма, а родившиеся в смешанных браках дети должны были считаться мусульманами. Кроме того, существовали и виды экономической дискриминации, которые способствовали тому, что большая часть еврейского населения вначале пребывала в бедности.

 

Но путь к социальному подъему не был им заказан. Уже в XIX веке евреи действовали как визири при дворе халифа, они были уважаемыми врачами и торговцами, философами и учеными. Мы практически не располагаем сведениями об образе жизни еврейских общин. Судя по современным арабским текстам, к ним относились со снисходительной терпимостью.

 

В XI веке настроения изменились. Некоторые мусульмане восприняли социальный подъем еврейских семей как унижение. В 1033 году берберы в Фесе устроили кровавую резню еврейского населения. В 1066 году толпа людей взяла штурмом дворец в Гранаде, распяла еврея-визиря Иосифа ибн Нагрела, а затем убила свыше одной тысячи евреев — жителей города. Тем не менее прошло довольно много времени — вплоть до XV века — пока евреев начали называть «врагами Божьими».

 

 

Впервые это проявляется у Аль-Магили (Al-Maghili), юриста и антиеврейского агитатора из Твата. В регионе оазисов, расположенном в современной пограничной полосе между Марокко и Алжиром, последователи Аль-Магили в период с 1488 по 1492 год уничтожили все еврейское население. Он писал, что «убийство одного единственного еврея принесет больше прибыли, чем набег». «Поэтому хватайте и убивайте их, где бы вы их не находили, грабьте их имущество, похищайте их жен и детей всюду, пока они не начнут полностью следовать предписаниям шариата».

 

Аль-Магили оставался мрачным исключением: большинство исламских юристов и ученых отказывались от такого радикального иного толкования Корана. По сравнению с преследованием евреев в Европе, имевшем место на протяжении столетий, «результат» Ближнего и Среднего Востока оказывается, скорее, скромным: в период с XI по XVIII век произошло только около 40 крупных антиеврейских погромов и изгнаний. Даже если исходить из того, что дошедшие до нас сведения, возможно, являются неполными, это ничего не меняет в целостной картине: антиеврейская агрессия в большинство случаев была следствием локальных конфликтов, а не принципиальной враждебности к евреям.

 

Это изменилось в XIX веке, когда начал разлагаться старый правовой порядок, который, хотя и обязывал иноверцев платить «поголовный налог», предусматривал терпимое отношение к ним. Первые признаки появились во время крупного восстания крестьян в Палестине в 1834 году, когда тогдашние египетские оккупационные власти попытались «втиснуть» мусульман и христиан Палестины в новую армию. Еврейских общин это не коснулось, поэтому повстанцы приписали им роль коллаборационистов, обвинив в сотрудничестве с египетскими властителями. Местная знать и крестьянские семьи интерпретировали это как доказательство того, что устоявшийся порядок привилегий поставлен с ног на голову, и евреям предоставили место, которое они как «опекаемые» не имеют право занимать.

 

 

Христианские миссионеры распространяли антиеврейские истории ужасов

 

 

В следующие десятилетия старая система «опекамости» пошатнулась во многих регионах. Тем временем, прежде всего на территории Османской империи возникло — как самостоятельная сила — новое среднее сословие, которое все больше и больше игнорировало конфессиональные различия. Таким образом, в первую очередь для состоятельных евреев стало возможным равноправное участие в жизни общества. В 1870 году колониальная держава Франция предоставила, наконец, всем алжирским евреям французское гражданство. Среди христианских колонистов это вызвало волну антисемитской агитации. Аналогичным образом на начинающуюся эмансипацию евреев отреагировали христианские общины в Османской империи и Иране.

 

В христианских трактатах использовался весь репертуар из легенд о ритуальных убийствах и изображений евреев-ростовщиков, отравителей колодца, богохульников и антихристов, который к концу XIX века постепенно проникал в мир представлений зарождающейся мусульманской гражданской общественности. Уже в 1840 году христианские сановники и миссионеры — прежде всего из Франции — распространяли антиеврейские истории ужасов: после бесследного исчезновения католического священника в Дамаске в исламском мире впервые появились европейские теории о ритуальных убийствах. Действенность таких стереотипов оставалась ограниченной. За исключением стран Магриба и отдельных территорий Ирана, в XIX веке еврейские общины постепенно добились равноправия при отсутствии большого сопротивление.

 

В значительной степени распространению враждебности к евреям и ее медленной исламизации способствовали три других фактора: возникновение, начиная с конца XIX века, современного, лишенного изначального религиозного подтекста антисемитизма среди гражданской общественности европейских колониальных стран; антиеврейская пропаганда, прежде всего, национал-социализма, нашедшая отклик в исламском мире примерно с 1933 года, и, наконец, конфликт вокруг переселения евреев в Палестину после 1929 года и основание государства Израиль в 1948 году.

 

Еще в 1926 году христианские сановники в Египте и Бейруте перевели на арабский язык Протоколы сионских мудрецов. Нелепый памфлет, грязная подделка должна была стать доказательством еврейского мирового заговора. Документ появился в Москве в 1903 году и с тех пор распространялся во всей Европе. А на Ближнем Востоке Протоколы создали мощный фон для разбирательства с сионизмом и вопросом принадлежности Палестины.

 

Современный расистский антисемитизм европейского происхождения все больше и больше перекрывал смутную враждебность к евреям прошлых столетий. Когда в 1938 году египетские братья-мусульмане спровоцировали в Каире первые беспорядки с применением насилия под лозунгами «долой евреев» и «евреи, прочь из Египта», они больше не нуждались в оправданиях, чтобы заслужить одобрение тысяч демонстрантов.

 

В 1970 году Хомейни, который позже стал духовным лидером Ирана, на одном массовом мероприятии высказал предположение о том, что евреи хотят «создать мировое правительство» и «разрушить ислам»; и в Хартии исламской солидарности движения ХАМАС в Газе четко написано, что «евреи желают править миром через своих посредников».

 

В 50-х годах авторы, близкие к окружению братьев-мусульман, еще пытались исламизировать новую форму антисемитизма. Они «снабдили» эти стереотипные представления о евреях как заговорщиках, врагах сообщества и «третьей силе», которая стремится к мировому господству, специфическим исламским языком и задним числом подкрепили их указанием на исламскую традицию. В дальнейшем теологическом или идеологическом обосновании антисемитских представлений уже едва ли кто был заинтересован. Отныне они считались просто данностью.

 

Стереотипы давно вошли в повседневную жизнь и стали частью культуры, которая в принципе лишает евреев права быть легитимной народностью. Государство Израиль кажется именно той злой силой, которая использует конфликт между исламским и западным миром, чтобы, в конце концов, разрушить оба мира. Эта враждебность проявляется всюду: в рассуждениях политиков, в комментариях журналистов, а также в учебных планах школ и университетов. В последние десятилетия выросли целые поколения, для которых характеры антисемитские убеждения.

 

До сих пор в большинстве стран Ближнего и Среднего Востока отсутствует либеральная общественность, которая могла бы создать предпосылки для критики преобладающего там антисемитизма. В период с 1947 по 1972 год из региона эмигрировали свыше одного миллиона евреев, к началу XXI века в исламских государствах их количество составляло менее 32 тысяч человек. Только в Иране, Турции, Марокко и Тунисе сегодня существуют крупные еврейские общины. И современному антисемитизму практически не было больше необходимости заниматься реальной еврейской действительностью.

 

В нынешнем развитии событий наблюдаются два противоположных направления. С одной стороны, различные опросы свидетельствуют о том, что антисемитские настроения среди молодых поколений ближневосточных обществ постепенно идут на спад. С другой стороны, радикальные террористические организации, такие как «Исламское государство», обосновывают — больше, чем прежде — свою ненависть к евреям религиозными мотивами. Какая горькая ирония истории: они исламизируют идеологию, которая в XIX веке была экспортирована с самого ненавистного Запада на Ближний Восток и нашла там — на фоне социальных перемен — благодатную почву.

 

Между тем для европейских наблюдателей знакомство с этими обстоятельствами сродни нечаянному взгляду в зеркало: не в исламской традиции кроются корни ненависти к евреям, проповедуемой ИГ и другими фанатиками, а «в шкафу для ядосодержащих медикаментов» европейского Нового времени. И так же, как в западных странах XIX века, антисемитизм пустил корни на Ближнем Востоке в тот момент, когда разрушались устоявшиеся общественные формы.

 

Райнхард Шульце — профессор исламоведения в Университете Берна.