Иоанн Златоуст. Беседа о том, что не безопасно для слушателей молчать о сказанном в церкви



БЕСЕДА о том, что не безопасно для слушателей молчать о ска­занном в церкви, и для чего Деяния читаются в пятидесятницу, и почему Христос по воскресении являлся не всем, и о том, что яснее лицезрения Он представил доказательства во­скресения посредством знамений апостолов.

Обязанность тех, кто слушают святое слово в церкви, распространять его среди других людей. – Всякий христианин может и должен быть учителем, по крайней мере, в своем доме. – Чудесное снисхождение апостолов и особенно ап. Павла, когда он делался всем для всех, чтобы всех привести к Иисусу Христу. – Апостолы начали проповедовать и творить чудеса только уже после Пятидесятницы; поэтому и чтение книги Деяний более всего полезно в это время. – Книгу Деяний Апостольских читают и непосред­ственно после Воскресения, потому что чудеса, совер­шенные апостолами во имя Иисуса Христа, составляют лучшее доказательство Воскресения. – Пространные и красноречивые доказательства того, что чудеса, совер­шенные апостолами, суть непреоборимые доказатель­ства воскресения их учителя.

1. Большую часть долга, который мы приняли на себя по над­писанию Деяний Апостольских, мы уплатили вам в пред­шествовавшие дни; но так как еще остался от него небольшой остаток, то я решился уплатить вам и его сегодня. А тща­тельно ли вы храните сказанное и с великою ли ревностью со­блюдаете, об этом знаете вы, получившие серебро и имеющие отдать в этом серебре отчет Господу в тот день, когда те, которым вверены таланты, будут призваны и станут давать отчет, – когда Христос, пришедши, потребует это серебро от торговцев с приращением. "Посему надлежало тебе", сказал Господь, "отдать серебро мое торгующим, и я, придя, получил бы мое с прибылью" (Мф.25:27). О, великое и неизреченное человеколюбие Владыки! Запрещая людям брать лихву, Он сам требует ли­хвы. Почему? Потому, что та лихва неодобрительна и достойна осуждения, а эта похвальна и достойна великого одобрения. То приращение, разумею денежное, причиняет вред и получающему и дающему, губит душу получающего, и увеличивает бедность дающего. Подлинно, что может быть жесточе того, когда кто-ни­будь извлекает для себя выгоду из бедности ближнего и поль­зуется несчастьями братий; когда кто-нибудь, показывая вид че­ловеколюбия, оказывает всякое бесчеловечие, и, по-видимому, про­стирая руку, ввергает в пропасть нуждающегося в помощи? Что делаешь ты, человек? Не для того пришел к твоим дверям бедный, чтобы ты увеличил его бедность, но чтобы ты избавил его от бедности, а ты делаешь то же, что делают примешивающие яд к лекарствам. Как те, примешивая яд к обыкновенной пище, делают незаметным свой умысел, так и эти, под видом человеколюбия скрывая гибельное ли­хоимство, не дают заметить вред имеющим пить это смер­тоносное лекарство. Поэтому благовременно приложить сказанное о некотором грехе и к тем, которые отдают в рост и берут взаймы. Что же сказано об этом грехе? На время, сказано, "мед источают уста чужой жены, и мягче елея речь ее; но последствия от нее горьки, как полынь, остры, как меч обоюдоострый" (Прит.5:3-4). Тоже бывает и с теми, которые берут взаймы. Когда нуждающийся принимает деньги, то получает некоторое малое и временное утешение; но после, когда приращение увеличится и бремя сделается выше сил, то эта приятность, услаждавшая гортань, сделается горче желчи и острее меча обоюдоострого, когда он принужден бу­дет вдруг лишиться всего отцовского достояния.

2. От чувственного обратим речь к духовному. "Посему надлежало тебе отдать серебро мое торгующим" (Мф.25:27), сказал Го­сподь, называя торговцами серебра вас, слушающих эти слова. Для чего же Бог назвал вас торговцами? Для того, чтобы на­учить всех прилагать такое же усердие к исследованию ска­занного, какое те оказывают при рассматривании принимаемых монет. Как торговцы отвергают подложную и поддельную мо­нету, а настоящую и истинную принимают, отличая неподлинную от подлинной, так поступай и ты: не всякое слово принимай, но неправильное и худое отвергай от себя, а здравое и спаситель­ное слагай в душе. Есть, действительно есть и у тебя весы и безмен, сделанные не из меди и железа, но состоящие из чистоты и веры; при помощи их и исследуй всякое слово. По­тому и сказано: будьте искусными торжниками, – не с тем, чтобы вы, стоя на площади, пересчитывали серебро, но чтобы вы исследовали слова со всяким тщанием. Потому и апостол Па­вел говорит: "все" искушайте, но "хорошего" только "держитесь" (1Фес.5: 21). И не потому только Он назвал вас торговцами, что вы должны исследовать, но и потому, что вы должны употреблять получаемое в дело. Если бы и торговцы, получив деньги, только за­перли их дома и не передавали другим, то прекратилась бы вся их торговля; точно то же бывает и с слушателями. Если ты, приняв учение, удержишь его у себя и не передашь другим, то весь твой труд погибнет. Поэтому мы видим их на тор­жищах каждый день входящими и выходящими. Тоже пусть бу­дет и с учением. Между торговцами мы видим, как одни отдают деньги, другие тотчас принимают и уходят, и это можно видеть всякий день; отчего, хотя иные и не имеют у себя собственных денег, но, пользуясь надлежащим образом чу­жими, приобретают для себя великую выгоду. Так поступай и ты. Эти изречения не твои, а Духа Святого; но если ты сделаешь из них доброе употребление, то получишь себе великую духов­ную пользу. Потому Бог и назвал вас торговцами. А почему учение Он назвал серебром? Потому, что как серебро име­ет на себе отпечатанным царский образ, – если оно не имеет его, то не есть подлинное серебро, а называется поддельным, – так и учение веры должно иметь на себе отпечатленным об­раз Слова. С другой стороны, употребление серебра поддер­живает всю нашу жизнь и служит основанием для всех договоров, и купить ли нужно что-нибудь или продать, все это мы делаем посредством него. Тоже бывает и с учением: это ду­ховное серебро служит причиною и основанием духовных до­говоров. Так, хотим ли мы приобрести что-нибудь от Бога, мы наперед представляем слова молитвы, и потом получим то, чего просим; видим ли брата беспечного и погибающего, мы приобретем ему спасение и доставим жизнь, предложив слово учения.

Итак, нужно со всем тщанием хранить и соблюдать все, чтобы сообщать это и другим, – потому что от нас требуется приращение и этого серебра. Будем же внимательно принимать его, чтобы мы могли сообщать это серебро и другим, – потому что каждый, если захочет, имеет возможность учить. Ты не можешь назидать столь великую церковь; но можешь вразумить свою жену. Ты не можешь беседовать с таким множеством людей; но можешь научить своего сына. Ты не можешь предла­гать слова учения такому народу; но можешь исправить своего раба. Такое собрание учеников не превышает и твоих сил; такая мера учения не превосходит твоего разумения; но вы еще удоб­нее, нежели мы, можете исправлять всех их. Я беседую с вами однажды или иногда дважды в неделю; а ты постоянно в своем доме имеешь учеников: жену, детей, рабов – и вечером, и за трапезою, и во весь день можешь исправлять их. Кроме того, такое врачевание бывает и удобнее. Я, беседуя среди такого множества людей, не знаю, какая тревожит вас душев­ная страсть; поэтому и бываю принужден в каждом поучении предлагать все врачества; а вам нет нужды поступать так, но с меньшим трудом вам можно произвести большее исправ­ление; вы хорошо знаете грехи живущих вместе с вами, и по­тому можете произвести скорейшее исцеление.

3. Итак, возлюбленные, не будем нерадеть о живущих вместе с нами, потому что величайшее наказание и невыразимое мучение предстоит тем, которые нерадят о своих домашних. "Если же кто", говорит апостол, "о своих и особенно о домашних не печется, тот отрекся от веры и хуже неверного" (1Тим.5:8). Видишь ли, как Павел поражает тех, которые нера­дят о своих домашних? И весьма справедливо, потому что кто нерадит о своих, тот будет ли заботиться о чужих? Знаю, что я часто внушал вам это; но никогда не перестану повто­рять это внушение, хотя я сам уже не подлежу ответственности за беспечность других. "Посему надлежало тебе" сказал Господь, "отдать серебро мое торгующим" и больше ничего не требовал. Я же отдал серебро, и потому не подлежу никакой ответственности; но хотя я невинен и свободен от наказания в этом отноше­нии, однако, как будто виновный и подлежащий наказанию, стра­шусь и трепещу за ваше спасение.

Итак, пусть никто не слушает духовных бесед без вни­мания и с нерадением. Я не без причины и не напрасно делаю длинные вступления, но для того, чтобы сказанное лучше удер­живалось в вашей памяти, чтобы вы не уходили домой, произ­ведши только шум и рукоплескания тщетно и напрасно, потому что я не забочусь о ваших похвалах, но пекусь о вашем спа­сении. Подвизающиеся на зрелище, в награду за это, получают похвалу от народа; а мы не для этого выходим сюда, но для того, чтобы получить назначенную за это награду от Господа. Для того мы постоянно и внушаем вам это, чтобы сказанное проникло до глубины души вашей. Как из растений те, которые пустили корни в глубину, не колеблются от порывов ветра, так и мысли, чем глубже лежат в душе, тем труднее колеблются от влияния обстоятельств. Скажи мне, возлюбленный: если бы ты увидел своего сына томящимся от голода, то оста­вил ли бы его без внимания и не перенес ли бы все, чтобы утолить его голод? Если же ты не оставил бы без внимания того, кто алчет хлеба, то неужели можешь пренебрегать тем, кто томится голодом божественного учения? Как мог бы ты тогда достойно называться отцом? Этот голод тем тяжелее того, чем важнейшею оканчивается смертью, почему здесь нужно употреблять и больше старания. "Воспитывайте", говорит апостол, "их (детей) в учении и наставлении Господнем" (Еф.6:4). Вот самая лучшая забота отцов; вот истинное попечение роди­телей; там я признаю естественное родство, где оказывают большее попечение о духовном. Впрочем, довольно сказано для вступления; теперь нужно и уплатить долг. Для того я и вел большую и длинную речь об этом, чтобы вы приняли предла­гаемое со всем тщанием. Какой же тот долг, которым мы прежде остались должными? Может быть, вы забыли об этом? В таком случае нам нужно напомнить вам и наперед про­читать расписку, по которой мы прежде сделали уплату, и ска­зать, что было уплачено, чтобы из уплаченного видеть, что еще остается уплатить. Что же уплачено прежде? Тогда я сказал, кто писатель книги Деяний, кто сочинитель этого слова, или лучше, не сочинитель этого слова, а служитель, потому что не сам он произвел сказанное, но он послужил сказанному. Сказал я и о самих Деяниях, и что значит название Дея­ний; сказал и об имени апостолов; теперь нужно сказать, по­чему отцы наши установили читать книгу Деяний в Пятидесят­ницу. Вы, может быть, помните, что мы тогда обещали сказать и об этом. Не напрасно, в самом деле, и не без причины отцы назначили нам это время, но сделали так по некоторой мудрой причине; не для того, чтобы подчинить нашу свободу необходимости, но чтобы, снисходя к скудости немощных, воз­вести их к богатству познания. А что они действительно для этого соблюдали времена, не себя самих подчиняя необходи­мости соблюдения, но, стараясь снизойти к немощным, послушай что говорит Павел: "наблюдаете дни, месяцы, времена и годы. Боюсь за вас, не напрасно ли я трудился у вас" (Гал.4:10,11). А ты сам разве не соблюдал дней, времен и годов? Что же? Если мы видим, что тот, кто запрещает соблюдать дни, месяцы, времена и годы, сам соблюдал их, что скажем мы, отвечай мне? То ли, что он противоречит сам себе и опровергает сам себя? Да не будет; но то, что он, желая исправить сла­бость соблюдающих времена, сам снисходит к ним таким соблюдением. Так поступают и врачи: пищу, подаваемую боль­ным, они сами отведывают прежде, не потому, чтобы сами нуждались в этой пище, но стараясь исцелить немощь их. Так поступал и Павел: не имея никакой нужды в соблюде­нии времен, он соблюдал времена, чтобы соблюдающих изба­вить от немощи этого соблюдения. Когда же Павел соблюдал времена? Слушайте со вниманием, увещеваю вас. "В следующий день", говорится в Писании, "прибыли в Милит, ибо Павлу рассудилось миновать Ефес, чтобы не замедлить ему в Асии; потому что он поспешал, если можно, в день Пятидесятницы быть в Иерусалиме" (Деян.20:15,16).

Видишь ли, как тот, который говорит: "для чего наблюдаете дни, месяцы, времена и годы?" (Гал.4:9-10) сам соблюдал день Пятидесятницы?

4. И не только день он соблюдал, но и место, потому что он спешил не только прибыть ко дню Пятидесятницы, но и прове­сти его в Иерусалиме. Что делаешь ты, блаженный Павел? Иеру­салим разрушен, святое святых опустошено по определению Божию, прежние учреждения прекратились, сам ты взываешь к Галатам: вы надеющиеся оправдаться "законом, отпа­ли от благодати" (Гал.5:4); для чего же ты опять ведешь нас в рабство закону? Не маловажное дело узнать, не противоречит ли Павел сам себе. И не дни только соблюдал Павел, но соблюдал и другие заповеди закона; а между тем он взывает к Галатам: "Вот, я, Павел, говорю вам: если вы обрезываетесь, не будет вам никакой пользы от Христа" (Гал.5:2).

Так, тот самый Павел, который говорит: "если вы обрезываетесь, не будет вам никакой пользы от Христа", сам обрезал, как известно, Тимофея. Нашел, говорится в Писании, Павел в Листрах некоторого юношу, "которого мать была Иудеянка уверовавшая, а отец Еллин, и обрезал его", потому что не хотел посылать необрезанного учителем (Деян.16:1-3). Что делаешь ты, блаженный Павел? Словом уничтожаешь обрезание, а делом снова поддерживаешь его? Не поддерживаю, говорит он, но уничтожаю его делами. Тимофей был сын жены иудейской верной, а отцом имел эл­лина, из рода необрезанных. Но так как Павел намеревался послать его учителем к иудеям, то не хотел посылать его необрезанным, чтобы с самого начала не заградить дверей учению. Таким образом, пролагая путь к уничтожению обрезания и откры­вая путь учению Тимофея, он совершил над ним обрезание, чтобы уничтожить обрезание. Поэтому он и говорит: "для Иудеев я был как Иудей" (1Кор.9:20). Не для того Павел сказал это, чтобы быть иудеем, а чтобы убедить остававшихся иудеями не быть больше иудеями. Потому он и обрезал Тимофея, чтобы уничтожить обрезание. Итак, обрезанием он воспользовался против обрезания. И Тимофей принял обрезание для того, что­бы он мог быть принят иудеями, и чтобы, пришедши мало-помалу отклонить их от соблюдения обрезания. Видишь ли, для чего Павел соблюдал и пятидесятницу и обрезание? Хотите ли, я покажу вам, как он соблюдал и другие постановления закона? Слушайте внимательно. Пришел он некогда в Иерусалим, и апостолы, увидев его, сказали ему: "видишь брат" Павел, "сколько тысяч уверовавших Иудеев" сошедшихся: "и все они ревнители закона. А о тебе наслышались они, что ты всех Иудеев, живущих между язычниками, учишь отступлению от Моисея, говоря, чтобы они не обрезывали детей своих и не поступали по обычаям. Итак что же? Сделай же, что мы скажем тебе: есть у нас четыре человека, имеющие на себе обет. Взяв их, очистись с ними, и возьми на себя издержки на жертву за них, чтобы остригли себе голову, и узнают все, что слышанное ими о тебе несправедливо, но что и сам ты продолжаешь соблюдать закон" (Деян.21:20-24). Видите ли удивительное сни­схождение? Он соблюдает времена, чтобы уничтожить соблю­дете времен; совершает обрезание, чтобы прекратить обрезание; приносит жертву, чтобы уничтожить жертвоприношение. А что действительно для этого он так поступал, послушай его са­мого: "для подзаконных был как подзаконный, чтобы приобрести подзаконных; будучи свободен от всех, я всем поработил себя, дабы больше приобрести" (1Кор. 9:20,19). А поступал так Павел, подражая своему Господу. Как Тот, "будучи образом Божиим, не почитал хищением быть равным Богу; но уничижил Себя Самого, приняв образ раба" (Флп.2:6,7); так и этот быв свободен от всех, поработил себя всем, чтобы приобрести всех. Господь, принявши наше естество, сделался рабом, что­бы рабов сделать свободными: "наклонил Он небеса и сошел" (Пс. 17:10), чтобы пребывающих долу возвести на небо. "Наклонил небеса"; не сказано: оставил небеса и сошел, но "наклонил", чтобы для тебя сделать более легким восход на небеса. Ему по воз­можности подражал и Павел, почему и говорил: "подражайте мне, как я Христу" (1Кор.4:16). А как ты, блажен­ный Павел, сделался подражателем Христу? Как? Так, что я ни в чем не ищу своей пользы, но пользы многих, чтобы они спаслись, и "будучи свободен от всех, я всем поработил себя". Подлинно, нет ничего лучше этого порабощения, потому что оно доставляет свободу другим. Павел был духовный рыбарь: "Я сделаю вас", сказал Господь, "ловцами человеков" (Мф.4:19), по­тому он и поступал так. И рыболовы, увидев, что рыба хва­тается за уду, не тотчас вытаскивают ее, но, ослабив, отпу­скают ее на некоторое расстояние, ожидая, пока крюк хорошо вонзится, чтобы таким образом вернее вытащить добычу; так поступали тогда и апостолы: они закидывали словесную уду уче­ния в душу иудеев; эти напрасно противодействовали, держась обрезания, праздников, соблюдения времен, жертвоприношений, стрижений и прочего тому подобного; апостолы всюду следовали за ними и не отступали. Ты, говорит, требуешь обрезания, я не противлюсь, но последую тебе; ты хочешь жертвоприношения, я приношу жертву; ты желаешь, чтобы я, оставивши твой образ жизни, остригся, я готов исполнить это требование; ты повеле­ваешь мне соблюдать Пятидесятницу, и в этом я не противо­речу; куда бы ты ни повел меня, я следую и уступаю, ожидая, пока уда слова углубится в тебя так, чтобы вернее можно было отвлечь весь народ ваш от древнего служения и образа жизни; для этого я и пришел из Ефеса в Иерусалим. Видишь ли, сколько Павел уступал в словесной ловле рыб? Видишь ли, как апостолы соблюдали времена, соглашались на обрезание, и участвовали в жертвоприношениях не для того, чтобы возвра­титься к древнему образу жизни, но чтобы привязанных к образам привести к истине? Сидящий на высоте, если постоянно будет оставаться на высоте, то никогда не может поднять ле­жащего внизу; но должно наперед тому спуститься, чтобы потом возвысился этот. Поэтому и апостолы нисходили с высоты еван­гельского образа жизни, чтобы возвести иудеев от низости иудейского образа жизни на эту высоту.

5. Отсюда видно, что соблюдение времен и все прочее совершалось с пользою и во благо. Посмотрим же теперь, почему книга Деяний Апостольских читается во время Пятидесятницы. Все это мы предложили вам для того, чтобы вы, когда увидите соблюдение времен, не подумали, будто апостолы страдали иудей­ским образом мыслей. Но слушайте внимательно, увещеваю вас; то, о чем будет сказано, составляет немаловажный предмет исследования. В день креста мы читаем все, относящееся ко кресту; в великую субботу опять о том, что Господь наш был предан, распят, умер по плоти, погребен; почему же Деяния Апостольские мы читаем не после Пятидесятницы, когда они происходили и начались? Я знаю, что многие не знают этого; поэтому нужно подтвердить это из самой книги Деяний, дабы вы знали, что Деяния Апостольские начались не с Пятидесятницею, но во время, следовавшее за Пятидесятницею. Поэтому справед­ливо кто-нибудь может спросить: почему установлено читать о кресте в день креста и страдания, а Деяния Апостольские мы читаем не в те самые дни и не в то время, в которое они совершались, но предупреждаем это время? Не тотчас после того, как воскрес Христос, апостолы стали совершать чудеса, но сорок дней Он пребывал с ними на земле. Почему – сорок дней, это мы объясним в другое время; теперь же обратимся к предмету нашей речи и заметим, что Христос не тотчас по воскресении вознесся на небо, но сорок дней пребывал с учениками на земле, и не просто пребывал, но и обращался с ними, принимал участие в их трапезе, беседовал с ними, и по прошествии сорока дней восшел к Отцу на небеса; но и не тогда они стали творить чудеса, а прошли еще другие десять дней, и уже по исполнении Пятидесятницы послан был им Дух Святой; тогда, приняв огненные языки, они и начали тво­рить чудеса. Все это, возлюбленные, мы подтвердим вам из Писаний; именно, – что Он пребывал с ними сорок дней, что Дух Святой нисшел после Пятидесятницы, что тогда апостолы приняли огненные языки, что с того времени они и начали со­вершать знамения. Кто же говорит о всем этом? Ученик Павла, досточтимый и великий Лука, начавший речь свою так: "Первую книгу написал я к тебе, Феофил, о всем, что Иисус делал и чему учил от начала до того дня, в который Он вознесся, дав Святым Духом повеления Апостолам, которых Он избрал, которым и явил Себя живым, по страдании Своем, со многими верными доказательствами, в продолжение сорока дней являясь им и говоря о Царствии Божием. И, собрав их, Он повелел им: не отлучайтесь из Иерусалима" (Деян.1:1-4). Видишь ли, что Господь по воскресении пребы­вал сорок дней на земле, говорил о царстве Божием и общался с апостолами? Видишь ли, что Он принимал участие и в их трапезе? И "повелел им", говорит, "не отлучайтесь из Иерусалима, но ждите обещанного от Отца, о чем вы слышали от Меня, ибо Иоанн крестил водою, а вы, через несколько дней после сего, будете крещены Духом Святым" (Деян.1:4,5). Об этом говорил Спаситель в течение сорока дней. "Посему они, сойдясь, спрашивали Его, говоря: не в сие ли время, Господи, восстановляешь Ты царство Израилю? Он же сказал им: не ваше дело знать времена

или сроки, которые Отец положил в Своей власти, но вы примете силу, когда сойдет на вас Дух Святый; и будете Мне свидетелями в Иерусалиме и во всей Иудее и Самарии и даже до края земли. Сказав сие, Он поднялся в глазах их, и облако взяло Его из вида их" (Деян.1:6-9). Видишь, как Христос пребывал с ними на земле сорок дней и вознесся на небеса. Но посмотрим, в Пяти­десятницу ли послан был Дух Святой. "При наступлении", говорится в Писании, "дня Пятидесятницы, внезапно сделался шум с неба, как бы от несущегося сильного ветра, и явились им разделяющиеся языки, как бы огненные, и почили по одному на каждом из них" (Деян.2:1-3). Ви­дите ли точное указание на то, что Христос оставался на земле со­рок дней и что апостолы еще не творили чудес? И как могли они творить чудеса, не получив еще благодати Святого и животворя­щего Духа?

Видите ли, что Иисус вознесся на небо после сорока дней? Видите ли еще, что чрез десять дней после того апостолы стали творить чудеса? Потому что по исполнении дней Пятидесятницы ниспослан был Дух Святой. Теперь остается решить, почему Деяния Апостольские читаются в Пятидесятницу. Если бы апо­столы тогда начали совершать знамения, т.е. по воскресении Го­спода, то тогда и следовало бы читать эту книгу: как относя­щееся ко кресту мы читаем в день креста, равным образом относящееся к воскресению – в день воскресения, и в каждый праздник читаем относящееся к этому празднику, так сле­довало бы о чудесах апостольских читать в дни апостольских знамений.

6. Почему же мы не тогда читаем о них, но тотчас после креста и воскресения? Всю причину этого выслушайте со внима­нием. Тотчас после креста мы возвещаем воскресение Хри­стово, а доказательством воскресения служат знамения апостоль­ские, знамения же апостольские излагаются в этой книге (Дея­ний). Таким образом, чем особенно подтверждается истина воскресения Господня, то отцы установили читать тотчас после креста и живоносного воскресения. Итак, для того, возлюбленные, тотчас после креста и воскресения мы читаем о знамениях апостольских, чтобы нам иметь ясное и несомненное доказа­тельство воскресения. Ты не видел Самого воскресшего глазами телесными, но видишь Его воскресшего очами веры; этими гла­зами ты не видел Самого воскресшего, но при помощи тех чудес увидишь Его воскресшего. Явление знамений руководит тебя к созерцанию верою. И то, что именем Его совершались знамения, было лучшим и яснейшим доказательством (воскре­сения), нежели явление Самого воскресшего. Хочешь ли узнать, как это лучше подтверждает истину воскресения, чем если бы Он Сам явился пред глазами всех людей? Слушайте внима­тельно, потому что многие спрашивают об этом и говорят: почему Господь воскресши не явился тотчас иудеям? Это во­прос излишний и напрасный. Если бы была надежда обратить иудеев к вере, то Он не преминул бы по воскресении явиться всем. А что не было надежды, чтобы Он, явившись им по воскресении, обратил их к вере, это видно из события с Лазарем. Воскресив этого четверодневного мертвеца, смердев­шего и истлевавшего, и повелев ему, связанному повязками, выйти пред глазами всех, Он не только не обратил их к вере, но и возбудил ненависть, потому что собравшись они хо­тели даже убить Его за это (Ин.22:10). Если же тогда, когда Он воскресил другого, они не уверовали, то, если бы Он, воскресив Себя, явился им, не пришли ли бы они опять в неистовство против Него? И хотя они не могли бы иметь ника­кого успеха, но показали бы свое нечестие покушением.

Поэтому, желая избавить их от излишнего неистовства, Он сокрыл Себя, потому что сделал бы их еще более достойными наказания, если бы явился им после крестных страданий. По­тому, щадя их, Он и сокрыл Себя от их взоров, а пока­зал явлением знамений, потому что слышать слова Петра: "во имя Иисуса Христа Назорея встань и ходи" (Деян.3:6), значило не меньше, как и видеть Самого воскресшего. А что действительно это есть величайшее доказательство воскресения и удобнее приводит к вере, чем последнее, и что явление знамений, совершаемых во имя Его, лучше могло убедить умы людей, нежели лицезре­ние Самого воскресшего, это видно из следующего: Христос воскрес и явился ученикам; но и между ними нашелся некто неверующий, Фома называемый Дидим, и нужно было ему вло­жить руки в язвы гвоздиные, нужно было и осязать ребра Его (Ин.20:24). Если же ученик, обращавшийся с Ним три года, участвовавший в трапезе Господней, видевший величайшие знамения и чудеса, слушавший беседы Господа, увидев Его воскресшего, не прежде уверовал, как осмотрев язвы гвоздиные и раны от копья, то скажи мне, могла ли бы уверовать вселенная, если бы увидела Его воскресшего? Кто может ска­зать это? И не только с этой, но и с другой стороны мы пока­жем, что знамения убеждали больше, чем лицезрение воскрес­шего. Народ, услышав Петра, сказавшего хромому: "во имя Иисуса Христа Назорея встань и ходи", уверовал во Христа в числе трех тысяч, а потом в числе пяти тысяч мужей; ученик же, увидев воскресшего, не веровал. Видишь ли, как первое гораздо удобнее приводило к вере в воскресение? Увидев воскресшего, и собственный ученик Его не веровал, а увидев знамения, и враги уверовали. Так последнее было действитель­нее и яснее первого, и более располагало и уверяло их в воскресении. Но что я говорю о Фоме? И прочие ученики не уве­ровали при первом видении. Выслушай об этом внимательно, но не осуждай их, возлюбленный: если Христос не осудил их, то не осуждай их и ты. Ученики увидели дело дивное и необычайное, увидели воскресшим перворожденного из мерт­вых; а такие величайшие чудеса обыкновенно сначала поражают, пока со временем не утвердятся в душах верующих; тоже было тогда и с учениками. Когда воскресший из мертвых Христос сказал им: "Мир вам", тогда они, говорит еванге­лист, "смутившись и испугавшись, подумали, что видят духа, но Он сказал им: что смущаетесь?" И потом, показав им руки и ноги, "они от радости еще не верили и дивились, Он сказал им: есть ли у вас здесь какая пища?", желая чрез это уверить их в воскресении (Лук.24:36-41). Тебя не убеждают, говорит Он, ни ребра, ни раны; пусть же по крайней мере убедит трапеза.

7. А чтобы тебе вернее узнать, что Он для того сказал: "есть ли у вас здесь какая пища", дабы они не подумали, что пред ними призрак, или дух, или привидение, но истинное и действи­тельное воскресение, послушай, как Петр этим доказывает воскресение. Сказав: "Сего Бог воскресил, дал Ему являться нам, свидетелям, предъизбранным от Бога", он потом, приводя доказа­тельство воскресения, прибавил: "которые с Ним ели и пили" (Деян.10:40,41). Поэтому и в другом месте Христос, воскре­сив мертвую и желая уверить в воскресении, сказал: "дадите ей есть" (Мк.5:43). Итак, когда ты услышишь, что Он "явил себя живым, в продолжении сорока дней являясь им, и ел с ними" (Деян.1:10; Лк.24:43), то знай причину этого вкушения пищи, именно: Он вку­шал пищу, не имея сам в ней нужды, но, желая исправить немощь учеников. Отсюда видно, что чудеса и знамения апосто­лов были величайшим доказательством воскресения (Христова). Почему и сам Он говорит: "истинно, истинно говорю вам: верующий в Меня, дела, которые творю Я, и он сотворит, и больше сих сотворит" (Ин.14:12). Так как предшествовавший крест со­блазнял весьма многих, то и нужны были после того большие знамения. Если бы умерший Христос остался в смерти и во гробе и не воскрес, – как говорят иудеи, – и не восшел на небеса, то не только не совершались бы большие знамения после креста, но и прежде совершенные должны были бы потерять силу. Слушайте меня здесь со вниманием; то, что говорю я, служит доказательством несомненности воскресения; поэтому я повторю сказанное. Христос прежде творил чудеса, воскрешал мерт­вых, очищал прокаженных, изгонял бесов; потом Он был распят и, как говорят беззаконные иудеи, не воскрес из мертвых. Что же мы скажем им? Следующее: если Он не воскрес, то как после того именем Его совершаемы были большие знамения? Никто из живущих, когда умирал, по смерти не совершал больших знамений, а здесь после этого были чудеса большие и по образу совершения и по своему свойству. Были большие по свойству, потому что никогда тень Христова не воскрешала мертвых, а тени апостолов совершили много такого. Были знамения большие и по образу совершения, потому что тогда Он Сам повелением совершал чудеса, а после кре­ста служители Его, призывая досточтимое и святое имя Его, совершали большие и высшие дела, в которых больше и слав­нее проявилась сила Его. В самом деле, гораздо важнее, когда другой творил чудеса, призывая имя Его, чем когда Он сам совершал тоже своим повелением. Видишь ли, возлюбленный, большие и по свойству и по образу совершения знамения, совер­шенные апостолами после воскресения Христова? Итак, они – несомненное доказательство воскресения. Что говорил я, то опять повторю: если бы Христос, умерши не воскрес, то и знамения должны были бы окончиться и прекратиться; а теперь они не только не прекратились, но и происходили после этого важней­шие и славнейшие. Если бы Христос не воскрес, то другие име­нем Его не совершали бы таких знамений, потому что одна и та же сила совершала чудеса и прежде креста и после креста, только прежде креста через самого (Христа), а после – через учеников Его. А чтобы доказательство воскресения было яснее, и славнее, для этого после креста были знамения большие и высшие. Но откуда известно, – скажет неверный, – что тогда были знамения? А откуда известно, что Христос был распят? Из божественных Писаний, скажешь. Точно, из священных Писаний известно, что тогда были знамения и что Христос был распят; они повествуют о том и другом. Если же противник скажет, что апостолы не совершали знамений, то еще больше покажет их силу и божественную благодать (тем), что они без знамений обратили к благочестию такую вселенную. Это – величайшее зна­мение и дивное чудо, что люди бедные, ничего не имевшие, незнат­ные, неученые, простые, презираемые и числом двенадцать, могли без знамений привлечь к себе столько городов, племен народов, царей, властителей, философов, риторов и, так сказать, всю землю. Хочешь ли видеть знамения, совершающиеся и ныне? Я.докажу тебе знамения еще большие прежних: не одного мертвого воскрешаемого, не одного слепого прозирающего, но всю землю, свергнувшую мрак заблуждения; не одного прокаженного очищае­мого, но столько народов, исцелившихся от греховной проказы и очистившихся банею пакибытия. Чего еще больше этих знамений ищешь ты, человек, видя такую перемену вселенной, проис­шедшую внезапно?

8. Хочешь ли знать, как Христос даровал прозрение все­ленной? Прежде люди не считали дерева и камня деревом и камнем, а называли бесчувственные вещи богами: так они были ослеплены; теперь же они узнали, что – дерево и что – ка­мень, и уверовали что – Бог, потому что одною верою со­зерцается это бессмертное и блаженное Существо. Хочешь ли видеть и другое знамение воскресения? Ты увидишь его в душе учеников; и это знамение сделалось большим после воскресения. Всем известно, что и тот, кто хорошо располо­жен к человеку при его жизни, по смерти его, может быть, и не воспоминает об нем, а кто не хорошо расположен к живому человеку и оставил его при жизни, тот тем более забывает о нем после смерти. Поэтому, никто из людей, оста­вив и покинув друга-учителя, при его жизни, не станет до­рожить им после его смерти, особенно если за привязанность к нему увидит угрожающие ему бесчисленные опасности. Но вот, чего ни с кем не бывает, то произошло со Христом и апостолами: те, которые отреклись и отстали от Него при Его жизни, оставили Его, когда Он был взят, и разбежались, те после бесчисленных поношений и креста стали так высоко почитать Его, что и души свои положили за исповедание и веру в Него. Если бы Христос умерши не воскрес, то как объяснить, что те, которые при жизни Его разбежались от угрожавшей опасности, по смерти Его подвергли себя за Него бесчисленным опасно­стям? Прочие все разбежались, а Петр даже отрекся от Него с клятвою трижды; но тот, кто отрекся от Него с клятвою трижды и устрашился угрозы простой служанки, по смерти Его, желая убедить нас самим делом, что он видел самого во­скресшего, внезапно переменился так, что не устрашился це­лого народа, вошел в собрание иудеев и сказал, что распя­тый и погребенный воскрес из мертвых в третий день и вос­шел на небеса, и что он сам не боится никакого бедствия. Откуда же у него явилась такая смелость? Откуда более, как не от уверенности в воскресении? Так как он видел Его, беседовал с Ним, слышал Его предсказания о будущем, то и подвергал себя опасности за Него, как за живого, и с та­кою смелостью решался на все бедствия и получил столь вели­кую силу и столь великое дерзновение, что умер за Него и распят на кресте вниз головою. Итак, когда ты видишь, что совершаются большие знамения, и что ученики, прежде оставив­шие Его, стали питать большую привязанность к Нему и оказы­вают большее дерзновение, и во всех отношениях произошла блистательнейшая перемена обстоятельств и все пришло в надежное и отрадное состояние, то убедись самим опытом, что дела Христовы не продолжались только до Его смерти, но за смертью последовало воскресение, и что распятый живет и пре­бывает постоянно неизменным Богом. Если бы Он не воскрес и не ожил, то ученики не совершали бы после того знамений больших, чем какие совершаемы были прежде креста. Тогда и ученики оставили Его; а теперь притекает к Нему вся вселен­ная, и не только Петр, но и тысячи других, и еще больше после Петра, таких, которые не видали Его, предали за Него души свои, отдали свои головы на отсечение и претерпели бесчисленное множество бедствий, чтобы умереть, сохранив целою и неприкосновенною веру в Него. Каким же образом мертвый и пребывающий во гробе, – как говоришь ты, иудей, – явил во всех, бывших и после апостолов, такую силу и могущество, убедив их покланяться Ему одному и решиться претерпеть все и пострадать, чтобы не потерять веру в Него? Видишь ли во всем этом ясное доказательство воскресения: в знамениях тогдашних и нынешних, в расположении учеников тогдаш­них и нынешних, в опасностях, которым подвергались ве­рующие? Хочешь ли видеть, что и сами враги боялись Его силы и могущества, и тревожились гораздо больше после креста? По­слушай и об этом со вниманием. "Видя", говорится в Писании, иудеи "смелость Петра и Иоанна и приметив, что они люди некнижные и простые, они удивлялись" (Деян.4:13), и боялись, не потому, что они были неученые, но потому, что, будучи неучеными, они побеждали всех мудрецов; "видя же исцеленного человека, стоящего с ними, ничего не могли сказать вопреки" (Деян.4:14), тогда как прежде противоречили, видя совершаемые знаме­ния. Почему же тогда они не противоречили? Их язык удержала невидимая сила распятого; Он заградил им уста; Он обуздал их дерзость; поэтому они и стояли, не могши ничего сказать вопреки. А когда они и говорили, то, посмотри, как обнаруживали свой страх: "хотите" говорят они, "навести на нас кровь Того Человека" (Деян.5:28). Но если Он простой человек, то отчего ты боишься крови Его? Скольких пророков убил ты, иудей, скольких пра­ведников умертвил, и не страшился крови никого из них: от чего ­же здесь ты боишься? Поистине, потряс совесть их распятый, и они, не будучи в силах скрыть своего смущения, невольно пред противниками и исповедают собственное бессилие. Когда они распи­нали Его на кресте, то кричали: "кровь Его на нас и на детях наших" (Мф.27:25): так они презирали кровь Его! А после кре­ста, увидев воссиявшую силу Его, они страшатся, смущаются и говорят: "хотите навести на нас кровь Того Человека". Если Он был обманщик и богопротивник, как говорите вы, беззаконные иудеи, то отчего вы боитесь Его крови? Напротив, следовало бы даже хва­литься этим убиением, если бы Он был действительно таков. Но так как Он был не таков, то они и трепещут.

9. Видишь ли, как везде и сами враги смущаются и страшатся? Видишь ли их смущение? Узнай и человеколюбие ра­спятого. Они говорили: "кровь Его на нас и на детях наших" (Мф.27:25), а Христос не так поступил, но, умоляя Отца, говорил: "Отче! прости им, ибо не знают, что делают" (Лк.23:34). Если бы кровь Его была на них и на детях их, то из числа детей их не были бы апостолы, также не уверо­вали бы вдруг три тысячи и пять тысяч. Видишь ли, как они были жестоки и бесчеловечны к своим детям и отрека­лись от самой природы, а Бог был человеколюбивее всех отцов и любвеобильнее матерей? Кровь Его была на них и на детях их, но не на всех детях, а только на тех, которые подражали нечестию и беззаконно отцов, и только те, которые были сынами их не по преемству природы, а по произвольному безумию, подверглись бедствиям.

Заметь еще благость и человеколюбие Божие и с другой сто­роны. Он не тотчас навел на них наказание и бедствия, но спу­стя сорок и более лет после креста. Сам Спаситель был распят при Тиверии, а город их взят при Веспасиане и Тите. Почему же Он медлил столько времени? Он хотел дать им время для покаяния, чтобы они оставили свои грехи и загладили преступления. Но так как они, и получив время для покая­ния, остались неисцельными, то Он, наконец, навел на них наказание и бедствия, и, разрушив город, изгнал и рассеял их по всей вселенной, впрочем, показав и в этом свое че­ловеколюбие. Он рассеял их для того, чтобы они видели, как распятому ими Христу поклоняются по всей вселенной, чтобы, видя поклонение, воздаваемое Ему от всех, и познав Его силу, они сознали чрезмерность собственного нечестия и, сознав, обратились к истине. Так самое изгнание было для них назиданием и наказание вразумлением, потому что если бы они остались в земле иудейской, то не убедились бы в истинно­сти пророков. А что говорили пророки? "Проси у Меня, и дам народы в наследие Тебе и пределы земли во владение Тебе" (Пс.2:8).

Поэтому иудеям надлежало достигнуть пределов земли, чтобы увидеть собственными глазами, что Христос обладает и пределами земли. Также другой пророк говорит: "и Ему будут поклоняться, каждый со своего места, все острова народов" (Соф.2:11). Поэтому надле­жало им рассеяться по всем местам земли, чтобы увидеть собственными глазами, что каждый поклоняется Ему с места своего. И еще другой сказал: "ибо земля наполнится познанием славы Господа, как воды наполняют море" (Авв.2:14). Поэтому надлежало им разойтись по всей земле, чтобы увидеть ее исполненною ведения Господня, и моря, т.е. эти духовные церкви, испол­ненными благочестия. Для этого Бог рассеял их по всей земле, потому что, если бы они остались в Иудее, то не узнали бы этого. Он хочет, чтобы они сами собственными глазами удо­стоверились и в истинности пророков и в Его силе, чтобы они, если вразумятся, были приведены чрез это к истине, а если останутся в нечестии, то не имели бы никакого оправда­ния в страшный день суда. Для того Он и рассеял их по всей вселенной, чтобы и мы получили отсюда некоторую пользу, т.е. видя исполнение тех пророчеств о рассеянии их и о взя­тии Иерусалима, которые предсказали Даниил, когда он упоми­нал о "мерзости запустения" (Дан.9:27), и Малахия, когда он говорил, что "лучше кто-нибудь из вас запер бы двери" (Мал.1:10), и Давид, и Исаия и многие другие пророки, чтобы мы, видя прогневавших Гос­пода так наказанными, лишенными отечественной свободы и всех собственных законов и отеческих преданий, познали Его силу, предсказавшую и исполнившую это, – чтобы враги из наших благ увидели силу Его, а мы из их наказаний познали неизречен­ное Его человеколюбие и могущество, и во всю свою жизнь прослав­ляли Его, дабы нам получить и вечные и неизреченные блага, благодатью и человеколюбием Господа нашего Иисуса Христа, с Которым Отцу, вместе со Святым и Животворящим Духом, честь и держава, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.