Кто Господень - ко мне !

 

Невозможно христианам иметь церковь, но не иметь царя.
Патриарх Константинопольский Антоний (XIV в.)

Судьба царя — судьба России.
Не будет царя — не будет и России

Оптинский Старец Анатолий (Потапов) (1917 г.)

ЦАРЯ ПРЕДАЛА ВСЯ РОССИЯ!

Дорогие братья и сестры, соратники и единомышленники! Позвольте поздравить вас с праздником — днем памяти наших святых Государей — блгв. Вел. Кн. Андрея Боголюбского и Государя Императора Николая Александровича и Его Царственной Семьи.

Казалось бы, как можно назвать этот день, залитый кровью наших царей, ставший последним рубежом повергнутой Самодержавной Империи, праздником? Ведь этот день всегда вызывает у нас великую скорбь на душе — злодейское убийство слугами сатаны самых лучших и самых праведных из нашего народа. Однако, несомненно — это великий праздник, потому что вмещает в себя все, что свято для Русского народа.

 

Соединение в едином дне двух имен, первого и последнего царей, — собирателей Земли Русской, охранителей православной веры, жизнью и смертью своей ставших духовно-нравственным камертоном для своего народа, — конечно, не случайно. Безусловно, оно сакрально, ибо напоминает нам, во-первых, что жидовская злоба на Святую Русь началась не сегодня, она идет из века в век, столько, сколько существует Россия. Но пока Русский народ был верующим, был народом-богоносцем, мы ее побеждали во главе с Удерживающим Государем, который был непреодолимой стеной на пути сатанинского натиска. Во-вторых, это сакральное соединение святых имен напоминает нам и о том, какой неимоверный подвиг совершили наши государи, созидая Русскую Державу на крепком фундаменте веры, что дало возможность создать, вместе со своим народом, уникальную православную цивилизацию, которая уже сама по себе стала прославлением Бога. И в-третьих, это сакральное соединение имен Вел. Кн. Андрея Боголюбского и Государя Императора Николая Александровича показывает нам и неразрывную духовную преемственность Русской власти от начала и до конца, прообразом для которой служила непреходящая Власть Небесная.

Но почему же в этот день великая скорбь терзает нашу душу? Наверное, прежде всего потому, что скорбь эта связана с нераскаянностью греха Русского народа в попустительстве убийства богоносного Царя. Сегодня мы знаем, кто исполнил этот сатанинский ритуал в Ипатьевском подвале, мы знаем теперь, и какие силы стояли за этими сатанистами-изуверами. Но ведь и наш народ причастен к этому убийству, ибо не только не защитил своего Государя в тот черный год предательства высшими сословиями общества, не только, как христопродавцы с русской кровью, принимал участие в цареубийстве, а потом вместе с инородцами и иноверцами замывал и заметал следы этого кровавого преступления, но и, приняв над собой власть антихристов, на протяжении многих десятилетий глумился и куражился над Его памятью, тем самым вновь и вновь возводя курок юровского револьвера в Царево сердце. Царя предала вся Россия. Ему, как Помазаннику Божию, как Главе Русской Церкви и Главе Государства, как Главнокомандующему, как «Хозяину Земли Русской» — Царю-Батюшке, все присягали на Евангелии и целовали крест. Но никто до сих пор не покаялся: ни Церковь, ни армия, ни власть, ни народ…

Конечно, насчет покаяния Церкви многие могут возразить: еще в 1993 году было опубликовано в церковных и в светских изданиях, зачитывалось в храмах «Послание Патриарха Московского и Всея Руси АЛЕКСИЯ II и Священного Синода Русской Православной Церкви к 75-летию убиения Императора Николая II и Его Семьи». Там говорилось: «…Грех цареубийства, происшедшего при равнодушии граждан России, народом нашим не раскаян. Будучи преступлением и божеского, и человеческого закона, этот грех лежит тяжелейшим грузом на душе народа, на его нравственном самосознании. И сегодня мы, от лица всей Церкви, от лица всех ее чад — усопших и ныне живущих — приносим перед Богом и людьми покаяние за этот грех. Прости нас, Господи! Мы призываем к покаянию весь наш народ, всех чад его, независимо от их политических воззрений и взглядов на историю, независимо от их этнического происхождения, религиозной принадлежности, от их отношения к идее монархии и к личности последнего Российского Императора. … Убиение Его и Его Семьи остается страшным уроком истории. Урок этот учит нас тому, что тщетны попытки построить благо народа на крови. …В начале нашего века, решив строить жизнь по-новому, вожди страны снова начали с преступления. Вскоре после этого Россия утонула в крови, оказалась ослеплена жаждой насилия и безумием вражды. Ныне, отрекаясь от грехов прошлого, мы должны понять: благие цели должны достигаться достойными средствами. Созидая и обновляя жизнь народа, нельзя идти по пути беззакония и безнравственности. Совершая любое дело, даже самое доброе и полезное, нельзя приносить в жертву человеческую жизнь и свободу, чье-либо доброе имя, нравственные нормы и нормы закона.…[Необходимо принести] покаяние в грехе, совершенном нашими предками…».

Золотые слова, долгожданные, подавшие многим надежду. Правда, несколько смущают озвученные здесь некоторые постулаты, но вернемся к ним позднее. Остановимся на призыве Священноначалия к покаянию. «Наконец-то!», — вырвался вздох облегчения у православных. Однако прошло более десяти лет, что же изменилось с тех пор? Разве то, что происходит в наши дни, совместимо с покаянием Церкви? Или опять произошла знакомая нам до боли фарисейская подмена, когда говорится одно — это для народа, а в действительности осуществляется другое — а это для церковной иерархии.

Призыв к покаянию прозвучал уже тогда, в 18-м году. «Узнав об убийстве Царской Семьи, Святитель Московский Тихон с церковного амвона», напомнило о нем и нынешнее Послание, обращаясь к Священному Собору призвал: «на днях совершилось ужасное дело: расстрелян бывший государь Николай Александрович, по постановлению Уральского областного Совета рабочих и солдатских депутатов, и высшее наше правительство — Исполнительный Комитет одобрил это и признал законным. Но наша христианская совесть, руководствуясь Словом Божиим, не может согласиться с этим. Мы должны, повинуясь учению Слова Божия, осудить это дело, иначе кровь расстрелянного падет и на нас, а не только на тех, кто совершил его. …Мы знаем, что он, отрекаясь от престола, делал это, имея в виду благо России и из любви к ней. Он мог бы, после отречения, найти себе безопасность и сравнительно спокойную жизнь за границей, но не сделал этого, желая страдать вместе с Россией. Он ничего не предпринимал для улучшения своего положения, безропотно покорился судьбе…и вдруг он приговаривается к расстрелу где-то в глубине России, небольшой кучкой людей, не за какую-либо вину, а за то только, что его будто бы кто-то хотел похитить. Приказ этот приводят в исполнение, и это деяние — уже после расстрела — одобряется высшей властью. Наша совесть примириться с этим не может, и мы должны во всеуслышание заявить об этом, как христиане, как сыны Церкви. Пусть за это называют нас контрреволюционерами, пусть заточают в тюрьму, пусть нас расстреливают. Мы готовы все это претерпеть в уповании, что и к нам будут отнесены слова Спасителя нашего: «Блаженны, слышащие Слово Божие и хранящии е».

Эти слова Святителя проникают в самое сердце, он не побоялся их произнести, хотя знал, что за этот призыв к покаянию его может ожидать путь мученичества. И все же настоящего, Всецерковного, всенародного покаяния — за отречение от Святого Государя, которое прежде всего совершила Церковь, за поругание все эти десятилетия Его Имени, за отречение от присяги 1613 года, — по которой ни Временное правительство, ни созыв Учредительного собрания, ни тем более «советы рабочих и крестьянских депутатов», были незаконны, — за глумление большевистским режимом над всем, что представляло собой богоустановленную власть, — ни Церковь, ни армия, ни власть, ни народ пред Богом и царем не принесли до сих пор. Ибо покаяние, особенно Церковное, — это не только слова, но и поступки, деяния, это раскаяние, коренным образом изменяющее нашу духовную жизнь и ведущее тысячи ко спасению…

МОЛЧАНИЕМ ПРЕДАЕТСЯ ЦАРЬ

Но Церковь совершила двойное преступление: отрекшись от Царя, как Верховной власти, которой обязан подчиняться и Патриарх, она отверглась и церковных догматов о Царской власти. «Василевсы, как и патриархи, должны почитаться учителями в силу сообщаемого им помазания священным миром, — говорит известный церковный авторитет Ахтиохийский Патриарх Феодор Вальсамон (XII-XIII вв.), опираясь на восточное каноническое учение о двуединой симфонии властей. — Отсюда происходит право благоверных василевсов поучать христианский народ и, подобно архиереям, кадить в церкви. Сила и деятельность василевсов простирается и на тело, и на душу подданных, тогда как патриарх есть только пастырь душ». А архиепископ Дмитрий Хоматин, также опираясь на церковные догматы, следующим образом описывает канонические права царей: "Василевс, который есть и называется верховным блюстителем церковного порядка (epistemonarhes), стоит выше соборных определений и сообщает им силу и действие. Он есть вождь церковной иерархии и законодатель по отношению к жизни и поведению священников. Он имеет право решать споры между митрополитами, епископами и клириками и избирать на вакантные епископские кафедры. Он может возвышать епископские кафедры и епископов в достоинство митрополий и митрополитов. Словом, за исключением только права совершать литургию и рукоположение, василевс сосредоточивает в себе все прочие преимущества епископов, и потому его постановления имеют силу канонов. Как древние римские императоры подписывались pontifex maximus, так и настоящие имеют такой же авторитет в силу получаемого ими священного миропомазания. Как Искупитель наш, помазанный Духом Святым, есть верховный наш Первосвященник, так справедливость требует, чтобы помазанник Божий — василевс наделен был благодатью первосвященства».

А разве наше Священноначалие признало Самодержавие как единственную законную власть, данную Богом России? Читая в нынешнем, ибо другого так и не последовало, церковном Послании такие постулаты, как «построить благо народа… решив строить жизнь по-новому…благие цели должны достигаться достойными средствами. Созидая и обновляя жизнь народа… Совершая любое дело, даже самое доброе и полезное…», касающиеся иноверцев-антихристов, которые поставили себе главной целью уничтожение Православной Церкви и Православной власти, не можешь понять, что происходит? Что случилось с архиерейской совестью, с их памятью, какое же надо иметь окаменелое нечувствие, чтобы называть этот государственный излом и последовавший за ним геноцид, устроенный жидами русскому народу, «благими целями» и «делом добрым и полезным»? Неужели не разворачиваются пред их глазами километры крестных дорог, по которым уходили на этапы, поголовно обреченные на лютую смерть, духовенство и дворянство, казачество и крестьянство, старики и малолетки, хрупкие женщины и герои войны, превращаясь в пыль в Соловецких и Колымских казематах? Это что, Парвус, Ленин, Шифф, Свердлов, Хаммер, Троцкий, Радек, Дзержинский, Сталин, и иже с ними «вожди страны», находившиеся здесь и за три-девять земель, кто оплачивал, организовывал и осуществлял уничтожение многовековой православной государственности, — среди которых нет ни одного православного, принадлежащего к державообразующему Русскому народу, — «решив строить жизнь по-новому, созидая и обновляя жизнь народа, имели благие цели»?.. Неужели, даже через без малого сто лет, наше Священноначалие так и не разглядело цели захватчиков власти? А Патриарх Тихон 19 января 1918 г., «властью, данною Нам от Бога», анафематствовал этих «вождей страны», заклиная «верных чад Православной Церкви Христовой не вступать с таковыми извергами рода человеческого в какое-либо общение: «Измите злаго от вас самех» (1 Кор. 5;13). О деяниях этих самых «вождей страны» 28 мая 1918 г. он писал Константинопольскому Патриарху Герману V: «Не одна только жизнь пастырей и пасомых подвергается опасностям со стороны врагов нашей святой веры. Люди, ставшие у власти в нашей стране, чуждые христианской, а некоторые из них всякой веры, возымели нечестивое намерение устранить от руководства народной жизнью и от ее освящения Православную Церковь. Они измыслили закон, или, лучше сказать, беззаконие с целью изъять у Нее по возможности способы проявлять Ее спасительное влияние на души верующих. Церковь лишается по их решению права собственности, и самые Святые храмы обращаются общенародное гражданское достояние, вследствие чего права на наши Святыни приобретают наравне с православными людьми и инославные, магометане, иудеи и язычники. Распоряжение храмами и даже священными сосудами, крестом, Евангелием и иконами и предоставление их для богослужебных целей православным христианам признается правом гражданских властей. Преподавание законов Божиих в школах государственных, общественных и частных изгоняется. Церковные школы, как народные, так и подготовительные для лиц, посвящающих себя служению Церкви, уничтожаются. Все церковные таинства, священнодействия и общественные моления признаются для государства посторонними и излишними. Таков тот переворот в жизни и быте православного русского народа, который замыслили произвести его нынешние властители». К слову заметить: а что-нибудь изменилось у нас в стране за прошедшее время, разве наша действительность не такова, и «нынешние властители», являясь их потомками, ведут иную политику?

Неужели высокие авторы нынешнего Церковного послания к народу не смогли увидеть, что, в конце концов, с их пасомым народом эти темные силы, захватившие власть, сотворили, «в результате созидания и обновления», и потому довольно двусмысленно в этом контексте звучит и фраза о «покаянии в грехе, совершенном нашими предками», которые к нам, православным, никакого отношения не имеют? Вот Свят. Тихон, на глазах которого только начинался запуск этого кровавого маховика, с сердечной болью в том же обращении к Священному Собору говорил абсолютно обратное: «А вот мы, к скорби и стыду нашему, дожили до того времени, когда явное нарушение заповедей Божиих уже не только не признается грехом, но оправдывается, как нечто законное», имея в виду и расстрел Государя. В оценке нынешним Священноначалием сатанинская вакханалия инородцев по захвату власти в 17-м году, приведшая к катастрофе, как раз «не только не признается грехом, но оправдывается, как нечто законное». Ибо как можно уравнивать в правах богоборцев, укравших национальную власть, с законным царем, наделенным Божией «благодатью первосвященства»? Ведь Царь был не только главой Русского государства, но и «внешним епископом», т.е. главой Русской Церкви. Убивая Царя, убивали первосвященника, главу земной Церкви, потому и была с Ним такой зверской расправа. Не назвав сегодня своими именами тех, кто это совершил, и то, что было ими совершено в начале 20-го века, о каком же покаянии тогда идет речь? И потому этим компромиссом с совестью Священноначалие вновь совершает прежний иудин грех. Потому и продолжается поныне измена нашим православным устоям, нашей вере. Потому и привыкаем мы к чужим «б-гам» и к чужой вере — католической, иудейской, мусульманской, — которые под разными предлогами подсовывают нам духовные и светские оккупанты и с которыми предлагает «дружить» наше же Священноначалие. Потому и не избавились мы от трусости ради страха иудейска защищать свою Родину, свои Святыни. Потому и обманывают народ те, кто призван его защищать пред злом и спасать его души.

«Кругом измена и трусость, и обман!» — вновь слышатся эти скорбные слова, обжигающие нашу совесть. Но ведь и поныне предаем мы своего Государя, когда в Петропавловской крепости, усыпальнице Российских Императоров, совершается молебное чествование останков неизвестного происхождения, идет поклонение подложным «мощам», выдаваемым за святые мощи Царственных Мучеников. Сколько же будет продолжаться это кощунство служить им молебны по Царскому чину?! Мы знаем, что питерские вассалы, в угоду могущественным хозяевам мiра сего, готовы совершать любые глумления над нашим народом и нашей верой, ибо «это их время и власть тьмы». Но ведь церковные службы им не подвластны, их может совершать, по благословению Священноначалия, только духовенство. В том же своем послании Синод призвал «наши высокие гражданские власти возобновить детальное расследование убийства Императора Николая II, Его Семьи, членов Императорской Фамилии и Их родственников…». И хотя «наши высокие гражданские власти» к этому призыву, как всегда, остались глухи, что, впрочем, Синод не огорчило, однако давно независимыми светскими комиссиями авторитетно доказано, что произошел заведомый подлог. Так почему же Церковь продолжает эти кощунственные ритуалы? Почему не препятствует этому поруганию Святых Царственных Мучеников наше Священноначалие? Ведь сам же Синод неоднократно заявлял, что не уверен в подлинности этих останков как Царских, и, однако, службы продолжают совершаться. И получается, что уже сама Церковь участвует в оскорблении чувств верующих, отдает на поругание жертвенный подвиг Царственных Мучеников. И сегодня, как в 17-м году, Церковь своим попустительством кощунственной авантюре, малодушным молчанием о совершающемся обмане, вновь и вновь предает нашего Государя на поругание темным силам. Не хочется верить, что это святотатство происходит сознательно, но ведь нельзя же служить Христу и Велиару, Богу и мамоне…

КАНОН ДЛЯ НИХ НЕ ПИСАН?

«Кругом измена и трусость, и обман!» — вновь слышатся предостерегающие слова «Благочестивейшаго, Самодержавнейшаго, Великаго Государя Императора Николая Александровича», чье имя, как Главы Русской Церкви и главы Русского Государства, возносилось за литургией до революционной государственной катастрофы, — когда на православные праздники, в алтаре главного храма России, по Царскому чину Патриарх причащает временщика, попирающего Православную Церковь, губящего Русский народ и разваливающего наше государство. Причастия в алтаре были удостоены только Помазанники Божии. «Никому из всех, принадлежащих к разряду мiрян, да не будет дозволено входити внутрь священнаго олтаря. Но, по некоему древнейшему преданию, отнюдь не возбраняется сие власти и достоинству царскому, когда восхощет принести дары Творцу», записано в «Канонах или Книге правил Святых Апостол, Святых Соборов Вселенских и Поместных Церквей и Святых Отец» (Шест., 69). Демократ-президент, называя себя менеджером, т.е. нанятым на службу чиновником, услуги которого проплачиваются его хозяином, не является природным Самодержцем, он не является Помазанником Божиим, у него нет Царского достоинства, и эти почести присвоены ему незаконно, в том числе и обращение к нему как к Монарху. При помазании на Царство наши Государи давали обет Богу охранять православную веру, ибо с младенчества через молитвы, начиная со св. равноап. Вел. Кн. Владимира, крестителя Руси, как все русские люди, впитали в себя, что «иного бога не знаем». А теперь главе РФ дозволяется после очередного, «по банным дням», посещения синагоги, едва успев смахнуть с головы кипу, знак национальной и религиозной принадлежности ее владельца, без боязни подойти к причастной Чаше в православном храме. За ношение кипы и совершение прочих ритуалов иудаизма, будь то посещение синагоги или Стены плача, зажигание иудейской свечи или обед с раввином, крещеный в православную веру отлучался от Церкви, ибо тем самым предавал Христа. Даже в страшном сне невозможно представить, кощунством будет само предположение, что подобные богомерзкие действия могли бы совершить наши боголюбивые и благочестивые Русские Самодержцы! Но для нынешних власть предержащих нет понятия святости Православия, для них это обычное дело — и на фоне икон покрасоваться, и минору в Кремле, чуть ли не на святых мощах Русских Патриархов, зажечь, и кошерной кухней с раввином полакомиться. Демократия и толерантность — вот боги нынешних мiроправителей. Иуду даже до порога храма нельзя допускать, а его в алтаре причащают! Разве Патриарх не знает, что такое причащение приступающему к Чаше будет не во спасение, а в осуждение — в осуждение на вечные муки. И все равно причащает? А может быть, знает, но не верит этому? Разве Патриарх не знает, что подобные богоотступники отлучаются от Церкви? И все равно допускает ко Святым Таинствам и воздает ему незаслуженные церковные почести? А тогда, что будет с теми, кто это совершает?.. Неужели не помнит Предстоятель Церкви, что кому много дано, с того многое спросится, особенно за попирание веры, за предательство Господа нашего Иисуса Христа, за попустительство богохульникам и богоотступникам? Чтобы не быть голословными, еще раз напомним Книгу правил, каноны и догматы которой никто не в праве отменить: «Аще кто из клира, или мiрянин, в синагогу Иудейскую или еретическую войдет помолитеся: да будет и от чина священнаго извержен, и отлучен от общения Церковнаго» (Прав. Св. Апостол, 65). «Аще который Христианин пренесет елей в капище языческое, или в синагогу Иудейскую, в их праздники, или воззжет свещу: да будет отлучен от общения Церковнаго» (Прав. Св. Апостол, 71). «Не подобает Христианам иудействовати, и в субботу праздновати, не делати им в сей день: а день воскресный преимущественно праздновати, аще могут, яко Христианам. Аще обрящутся иудействующие: да будут анафема от Христа» (Лаод., 29). «Не должно принимати праздничные дары, посылаемые от Иудеев, или еретиков, ниже праздновати с ними» (Лаод.,37). «Не должно принимати от Иудеев опресноки, или приобщатися нечестиям их» (Лаод., 38). Установлены данные правила были более полутора тысяч лет назад, когда созидалась Христова Церковь, а мы видим, как все это безпрепятственно попирается в наши дни — и властями мiрскими, и, что самое страшное, властями церковными.

В КИПЕ ПРЯМО НА АФОН?

Неуклонное следование догматам ни для кого не является исключением: ни для мiрян, ни тем более для духовных. Вполне понятно человеческое желание насельников Афонского Свято-Пантелеимонова монастыря, терпящих материальное оскудение и гонения от греческих светских властей и своей же греческой братии, найти поддержку и защиту у главы государства, от которого кормится монастырь, являющийся как бы филиалом Московской Патриархии на Святой Горе. Конечно, их скорби вызывают сочувствие, и помочь любимому в России монастырю — благородное дело. Но это вовсе не значит, что можно встречать демократа-президента по Чину Мелхиседекову как православного царя, воздавая такие же почести временщику, на котором нет царской благодати. Вызвали одобрение у братии слова президента, что «Россия — самая большая православная держава» и что «в России со 145-миллионным населением подавляющее большинство - это христиане» (необходимо заметить — православные), предусмотрительно умолчавшего, что своей политикой власть усиленно старается их каждый год на миллион-два поубавить, а оставшихся толерантно уравнять с чуждыми для «православной державы» религиями и ересями. А потому за этими звуками фанфар, оглушившими слух монахов, незаметно проскользнули и другие: «В России … сегодня каждый человек любой национальности и вероисповедания может и возвращается к своим духовным корням», скрытый смысл которых означает, что для главы РФ все веры хороши, но есть и такие, что сердцу милее, например, иудаизм или ислам, под его активным покровительством все более внедряющиеся на наши православные земли. Здесь он приложился к чудотворной иконе Божией Матери «Достойно есть». А незадолго до этого, буквально на Страстной Седмице, в Великую пятницу, когда скорбь о распятии иудеями-богоубийцами Сына Божия охватывает все Небо и всю Землю, он преклонял повинную голову у Стены плача в Израиле. Неужели это календарное совпадение случайно и может ли, именующий себя христианином, забыть о таком самом трагическом для всего человечества событии Вселенского масштаба, находясь в этот момент именно с теми, кто Его распял? «Аще кто, приняв имя христианина, оскорбляет Христа: таковому нет никакой пользы от наименования (Васил.,45). Интересно, какой смысл он вкладывает тогда в слова о «духовных ценностях», «духовных идеалах» и «духовных корнях», избегая находиться в «самой большой православной державе» именно в дни, особо связанные с «духовными и культурными традициями» «православного большинства», радости и горести которого, видимо, не его проблемы? Ни Страстная Седмица с «подавляющим большинством» его не соединила, ни празднование Рождества Пресвятой Богородицы, ни 625-летие судьбоносной победы Русского народа на Куликовом поле. То он в Израиле примеряет кипу, то в США, сочувствуя «другу Бушу», дарит ему наши природные богатства, то в кульминационный момент праздника славы Русской Церкви, Русского Государя и Русского воинства, который он просто не заметил — это же не «тысячелетие Казани!», — проверяет вместе с мадам Матвиенко и ей подобными «випами» канализационно-очистные сооружения в Питере. Это ему более понятно, чем важнейший рубеж нашей истории, общенациональное значение которого свели к «играм местного масштаба на заранее отведенной территории». Бегает он по всему мiру, не переносит он «русский дух», воротит его от всего, где «Русью пахнет». Почему же не задали себе вопроса преподобные отцы: для президента, зажигающего минору в Кремле и награжденного раввинами серебряной иерихонской трубой за заслуги перед «народом», «возрождение России неразрывно связано, прежде всего», с каким «духовным возрождением»? Правда, по радио в Тель-Авиве, очевидно после кошерного обеда, он не стал скрывать свои намерения «категорически…защитить интересы национальных меньшинств… интересы еврейского народа», заверив своих покровителей, что «для нас борьба с антисемитизмом является основой нашей внутренней политики». О защите интересов «православного большинства» ретивый кипоносец там так и не вспомнил… Причем, что характерно, этот визит в Израиль главы России, где его и увенчали этой самой кипой, тоже был первым в нашей истории, как и последовавший затем на Афон…

Поэтому большой соблазн среди верующих, а особенно у тех, кто только ищет дорогу к храму, вызвал такой триумфальный прием, приличествующий только венценосному Царю, но оказанный кипоносному президенту афонскими монахами, по сути «благословившими» его религиозную толерантность, его политику гонителя православной веры у себя в стране и национальную политику геноцида державообразующего Русского народа, которую мы ощущаем на себе не по его фальшивым комплиментам святогорцам, а по его ежедневным делам превращения России в рабскую обслугу «золотого миллиагда». Трудно представить, чтобы святые предшественники нынешней монашеской братии допустили в свои кельи, например, гонителя христиан Юлиана Отступника — хоть и главу государства, да еще, не чета «россиянскому», в царском сане. Правда, даже тот в синагогу не бегал, с раввином не кашерил, минору не зажигал, в кипе перед телекамерами не позировал. Вот и продолжается до сегодняшнего дня «кругом измена и трусость, и обман!» — и нашему Святому Государю, и нашей вере, и нашему народу. Доколе, Господи?..

ЧТО СКРЫВАЕТ СИНОД ОТ НАРОДА?

Но есть еще и другая причина для скорби. Связана она с каким-то необъяснимо боязливым отношением Священноначалия РПЦ к канонизации Николая Александровича, которую они совершили под воздействием растущего почитания Царя-Мученика народом, мироточением икон и явленными чудесами. Однако присутствует в этом акте некоторое ощущение вынужденности, и вот почему.

В 2000-м году Архиерейский Собор Русской Православной Церкви причислил Николая Александровича к лику святых как Царя-Страстотерпца, а не как Царя-Мученика. Безусловно, наш святой Государь — страстотерпец, но не только. В чем же здесь разница? Эти два понятия не противоречат друг другу, но мученичество вбирает в себя несколько подвигов, в том числе и страстотерпчество, и исповедничество. Мученики — это те святые, которые пострадали непосредственно за веру, т.е. от которых для сохранения собственной жизни требовалось отречение от Христа, а они предпочли смерть. Страстотерпцы, как, например, св. блгв. Князья Борис и Глеб, приняли мученическую кончину не за веру, от них не требовалось отречься от нее. Но они, исполняя заповеди Христовы, возлюбили брата своего так, что лучше предпочли принять смерть, чем поднять на него руку, быть Авелем, а не Каином. С этим подвигом святых князей сравнивают подвиг Николая Александровича: мол, в его убийстве тоже был «политический мотив», от него не требовалось отречения от Христа, это была борьба за власть. Но к месту можно заметить, что и от Алапаевских узников богоборцы тоже не требовали снять крест, однако никто не оспаривает, что они святые мученики, потому что их убивали именно как христиан. Поэтому, на наш взгляд, проводить данную аналогию с подвигом св. Князей Бориса и Глеба не совсем правомерно, хотя и этот подвиг совершил Святой Государь Николай Александрович, отрекшись, чтобы не было братоубийственной войны, в пользу младшего брата Вел. Кн. Михаила Александровича. Но не только этот. В первом случае события сосредоточились на борьбе за престол, ради которого святые князья не пошли на братоубийственную вражду. Во втором случае борьбы за престол в момент убийства не было. Власти у Государя в момент Его ареста Временным правительством и расправы над Ним большевиками уже не было, для большевиков Он был «гражданин Романов»! А тогда почему же Его расстреляли?

Противники канонизации Николая Александровича в первую очередь вменяют Ему в вину отречение от престола. Вот если бы Его убили, потому что Он отказался отдать власть, тогда можно было бы преклоняться пред Его мужеством, считать Его мучеником, говорят они. Обвиняя Царя в малодушии, не видят в этом судьбоносном не только для России, но и для всего мiра, царском отречении важнейшего, сакрального момента. Вспомните, как накануне государственного переворота 17-го года создавалось «общественное мнение», как нагнетались события. Государь должен отречься от престола, — как ему преподносило окружение, — чтобы избежать гражданской войны. И не потому может произойти эта война, что кто-то еще претендует на Царский престол, а причина в Нем самом: Он слабый Царь, уже не в состоянии управлять Державой, и сделать это надо, — маниакально повторяли эти «радетели за Отечество», играя на Его христианской любви к Своему народу,— как можно скорее, чтобы не возникло смуты, чтобы сохранить государство, чтобы не пролилась кровь Его подданных. Т.е. предатели, исполняя мiровой масонский заговор, боролись непосредственно с Ним — крепко стоящим в вере православным Царем, чтобы, свалив Его, уничтожить потом и саму Державу. И Государь, поверив этим иудам, нарушившим присягу верности своему Господину, ради сохранения жизней Своих подданных, за которых Он отвечает пред Богом, отрекается от престола. В один миг — словно гром прогремел, давая знать о надвигающемся урагане — кардинально меняется Его бытие. «Они пришли ко мне, как сквозь широкий пролом; с шумом бросились на меня. Ужасы устремились на меня; как ветер, развеялось величие мое, и счастье мое унеслось, как облако. И ныне изливается душа моя во мне: дни скорби объяли меня… Враг мой будет, как нечестивец, и восстающий на меня, как беззаконник» (Иов 30:14-16; 27:7).

До Своего отречения Николай Александрович, будучи Царем Российской Империи, которая после падения Византии — Второго Рима, стала ее духовной восприемницей — Третьим Римом, как Помазанник Божий, Он был Царем «для всех ромеев», т.е. первым Царем ойкумены, «не то, что другие, поместные князья и государи». Он был первым лицом Русского Государства, находясь на недосягаемой вершине земной власти, на самой высокой ступени общественного положения. А теперь в один миг, росписью собственного пера — точнее, выведя Свое Царское Имя карандашом, возможно, чтобы убедиться в преданности своих подчиненных, который при желании легко и стереть, — Он становится сначала равным всем, а потом оказывается ниже всех, попадая в узилище. Теперь Он, добровольно отдавая Себя во власть своих бывших подданных, смиренно предает Себя и Свою Семью на милость врагов-победителей, становится перед любым из них абсолютно беззащитен. А победители тут же лишают Его всех гражданских прав, ставя Его и Его Семью вне закона. Какое же мужество надо было иметь, чтобы совершить этот акт в твердой воле и со смирением перед судьбой, а правильнее, перед волей Божией! И сразу же столкнувшись с собственным унижением, поняв обман «ближних», перенося ужасы неволи, с божеской любовью Он продолжает относиться к своим предателям, мучителям и палачам. Противники Его канонизации не заметили этого духовного мужества Святого Царя, приняв Его христианский подвиг за человеческую слабость. Очевидно, сами они не взлетали так высоко, чтобы иметь возможность, столкнувшись с подлостью и низостью тех, кому помогали и доверяли, перенося человеческую неблагодарность, подвергаясь ежеминутной опасности для себя и своей семьи, прощать своих врагов по-христиански. Сознавал ли Государь, что может произойти после Его отречения с Ним и Его Семьей? Свидетельства говорят, что да, и все же Он сделал этот мужественный шаг, пошел на добровольный отказ от Верховной власти и подтвердил, что на нее не претендует. Казалось бы, теперь Он никому не мешает, наконец, можно найти сильного, на их взгляд, правителя государства. Но зло не может остановиться само по себе, оно обязательно требует продолжения. И тогда происходит этот подлый арест.

Этот арест Государя Временным правительством и затем большевистская расправа наступят после Его отречения. Это важно отметить, потому что в этом раскрывается мистический смысл произошедшего, который показывает, кем Он был для своих врагов, с кем в Его лице они боролись. Ведь это отречение, отречение, принятое заранее, не давало повода ни масонам-либералам, ни сатанистам-комиссарам свести с Ним счеты за власть, ведь Он уже для них не Самодержец. Поэтому Царское отречение было промыслительно. Недаром, прозирая дальнейшее, по наитию Святаго Духа, блаженная Паша Саровская, передавала Государю: «Сойди с престола Сам!», чтобы таким образом у его убийц не было ни малейшего повода создать видимость, что им пришлось бороться с Ним за власть во имя спасения народа и государства, чтобы у них не было ни малейшего оправдания за эту расправу с беззащитными людьми перед историей — они будут проклинаться потомками из века в век и до скончания времен! Т.е. своим отречением Государь спутал им карты в их сатанинской колоде. Этой Его добровольной христианской жертвы, которую он принес ради братьев своих, они боялись больше всего. Ведь с момента отречения Николай Александрович в земном понимании перестает быть Царем Российской Державы, и тогда сатанисты вынуждены Его убить как православного христианина, как Царя не от мiра сего. В этом физическом убийстве душа Его все равно им неподвластна: как Помазанник Божий Он по-прежнему, даже без власти, остается Православным Царем, потому что вместил в себя всю полноту христианской веры: любовь к своему ближнему, за которого он, давши обет, продолжает нести ответственность пред Богом, возлюбивши Того до смерти. Этой своей жертвенной любовью Царь Мученик, как поется в Акафисте, «уподобился Христу». И поэтому Его убивают ритуально, о чем сатанинской рукой была начертана каббалистическая надпись в расстрельной комнате. Эта кровавая сатанинская месса, перевернувшая историю человечества, была задумана и совершена, именно ради того, чтобы убрать Удерживающего: «Здесь по приказанию тайных сил Царь был принесен в жертву для разрушения государства». — После чего человечество подпало под власть антихристов, о чем гласила вторая половина надписи, — «О сем извещаются все народы», что «мы свой, мы новый мiр построим!»...

О том, что это убийство было ритуальной жертвой, подтверждают и многочисленные факты. Например, за несколько лет до революции была выпущена открытка, на которой был изображен раввин, держащий на руке жертвенного петуха с головой Николая II в царской короне. Или довелось мне услышать рассказ одной пожилой дамы, передававшей свидетельство ныне покойной графини Пулковской-Некрасовой. Та вспоминала, как перед самой революцией, в Московском Дворянском собрании, во время очередного благотворительного вечера, по рядам ходила кружка, куда собирались пожертвования всех желающих. К ней было прикреплено изображение повешенного Государя, с надписью: «На Революцию!». И никто не арестовал, никто не возмутился — свобода слова! Вырвав у Государя этот злополучный Манифест о свободе слова, собраний и проч., общество подготавливало расправу над Ним. Это были откровенные, наглые вызовы, приговор принести Царя в жертву был уже произнесен, тайные силы выжидали только «время и место» для его исполнения. И вот теперь, 4/17 июля 1918 г. в подвале Ипатьевского дома открылась тайна беззакония, которое, убрав Удерживающего, потому что Он — и только Он! — стоял у них на пути, отныне покорило себе, своей власти, все народы и все государства. И, наверное, нельзя принять за случайное совпадение, что в ночь казни видели здесь «черного раввина», который, возможно, и поставил эту печатку антихриста на стене Царской Голгофы. А сегодня уже, как поется в песне матушки Людмилы Кононовой, «весь мiр подымается за сатаной на Русь для последней облавы…». К какой же борьбе за земную власть можно свести происходившее в Ипатьевском подвале? Здесь развернулась брань вселенского значения — сражение за власть духовную!

Добровольно приняв на себя удар за свой народ, уподобившись Христу, Государь стал великим мучеником за веру. Но Архиерейский Собор не захотел принять это во внимание. До сих пор эта главная цель жидовской расправы, которая является ключом к духовному пониманию подвига святого Царя, замалчивается Синодом, иначе в противном случае придется разбираться дальше — какие же силы расправились с православным Царем, какие силы расправились с Православной Церковью, какие же силы расправились с Русским народом? А оказывается, чего не захотел признать Синод в своем выше приведенном Послании, что именно те, которые до сих пор нами правят, под игом которых почти столетие стонет наш народ и наша страна. «А ныне смеются надо мною… те, которых отцов я не согласился бы поместить с псами стад моих… Люди отверженные, люди без имени, отребье земли! Их-то сделался я ныне песнью и пищею разговора их. Они гнушаются мною, удаляются от меня и не удерживаются плевать пред лицем моим» (Иов, 1-10). Это они и их нынешние потомки, которые, как однажды в сновидении Господь сподобил меня услышать слова Святого Государя, «своими законами узаконивают беззаконие». Припоминаются опять слова, звучащие как приговор, «восстающий на меня, как беззаконник» и Святителя Тихона, «они измыслили закон, или, лучше сказать, беззаконие»… А беззаконие, как мы знаем, это удел антихриста, и действует оно открыто с того момента, как был взят из православного народа удерживающий беззаконие. В ту самую ночь, когда окропилась царственной кровью Екатеринбургская Голгофа, земля содрогнулась и мiр рухнул, произошла вселенская катастрофа, изменившая не только судьбу Русского народа, но и судьбу всего человечества, ибо, как оказалось, чрез Помазанника Божия, который «один только царь во вселенной», проходит его история.

КАНОНИЗИРОВАТЬ МОЖНО, ПРОСЛАВИТЬ — НЕТ!

И потому, не решив этот главнейший вопрос, в каком подвиге угодил Богу наш Государь, канонизировав его как страстотерпца, словно поставили галочку, отмечая этот день как рядовой церковный праздник. Ведь причислить к лику святых, это еще не значит принести всенародное покаяние в совершенном грехе, канонизировать, как оказалось, не то же самое, что прославить. К слову сказать, а разве Его Святые Дети тоже были «политическими противниками» для незаконной бандитской власти, почему же их причислили к страстотерпцам? Ведь и вся их, по-детски чистая и короткая, жизнь прошла в исполнении христианского долга, и на их душах не было ни единого пятнышка. Разве мы не сталкиваемся здесь с какой-то двойной политикой священноначалия по отношению к святому Царю? С одной стороны, не придерешься — признали Его святость, с другой — «лучше не афишировать» этот кровавый ритуал, а то, о, ужас какой, Кремль разгневается, приняв это на свой счет! Тем более что зачислить на счет преступлений нынешних правителей РФ уничтожение памяти о расправе их предшественниками-богоборцами над Царской Семьей, есть все основания: взрыв Ипатьевского дома, — ставшего местом страданий за Христа и потому выкуплено мученической кровью для Церкви, как сказано в той же основополагающей «Книге правил», — является их тягчайшим преступлением святотатства. И после этого, злейшего преступника перед Русским, прежде всего, народом, да и перед остальными коренными народами России, угробившего огромное государство и обрекшего нас всех на вымiрание, едва протрезвевшего и так и не отмывшего рук от Русской крови, Патриарх в Иерусалиме, святом для всех христиан месте, награждает Орденом Гроба Господня… «За нравственное возрождение России»! Большего цинизма трудно представить…

Может быть, этой, укоренившейся в недрах церковной иерархии, оглядкой на нынешних безбожных русофобских мiроправителей объясняется то, что во время богослужения опускается чин обязательного поминания Благоверных Государей и Государынь — отошедших в мiр иной православных правителей России от ее основания? Патриарх Константинопольский Антоний (XIV в.), знаток византийского канонического права, писал: "Святой царь занимает высокое место в церкви… Цари вначале упрочили и утвердили благочестие во всей вселенной; цари собирали вселенские соборы; они же подтвердили своими законами соблюдение того, что говорят божественные и священные каноны о правых догматах и благоустройстве христианской жизни, и много подвизались против ересей... И если, по Божию попущению, язычники окружили владения и земли царя, все же до настоящего дня царь получает то же самое поставление от церкви, по тому же чину и с теми же молитвами помазуется великим миром и поставляется царем и самодержцем ромеев, т.е. всех христиан. На всяком месте, где только именуются христиане, имя царя поминается всеми патриархами, митрополитами и епископами, и этого преимущества не имеет никто из прочих князей или местных властителей». Для Бога все живы, и таким поминанием осуществлялась духовная преемственность православной власти, «ибо Бог заповедал: почитай отца и мать (Государя и Государыню); …и люби ближнего твоего, как самого себя» (Мтф. 15:4, 19:19). Но зато о властях нынешних, «прочих князей или местных властителей», будто возникших на пустом месте государственного небытия, возносятся молитвы постоянно, при этом упование «да и мы, в тишине их, тихое и безмолвное житие поживем в правоверии, и во всяком благочестии и чистоте», при сознательно осуществляемой временщиками политике повального мора и безпредельного развращения Русского народа, воспринимается как издевка сытого богача над просящим помилосердствовать Лазарем, и любовь иерархов к своей пастве вызывает большое сомнение: тех ли они любят?

Может быть, по этой же причине «человекоугодливого послушания», из которого по определению Свят. Игнатия Кавказского и Черноморского (Брянчанинова), «рождается ложное смирение», объясняется и отсутствие миссионерского церковного делания по просвещению народа о сути подвига Государя-Мученика, имеющего непреходящее духовное значение для нас и нашего будущего, для всех народов, населяющих Россию? Ведь продолжается это сергианство с 17-го года, когда Святейший Синод, после отречения Государя, в своем «Обращении к верным чадам Святой Православной Церкви» провозгласил: «Да свершилась воля Божия: Россия вступила на путь новой государственной жизни! Да благословит Господь нашу великую Родину счастьем и славой на новом пути!», тем самым легально «благословив» грех цареотступничества вскоре до крови искупавшейся в этом «счастье» России. В результате малодушного умолчания много ли есть храмов, где обретаются иконы Царственных Мучеников, многие ли настоятели возносят за литургией их имена? Архиереев можно пересчитать по пальцам, священников, наверное, больше, кто осознает, в чем святость Его царской жертвы. А среди православных? Много ли тех, кто даже в этот день молится святому Царю о его заступничестве пред Богом за страждущую Россию? А где у нас молятся о даровании Богом православной власти — Самодержавного Монарха? Придите в этот день в храмы, они, за некоторым исключением, почти пустые, а то и вовсе закрыты. И впечатление создается, что это не случайно, что кто-то невидимой рукой сдерживает набирающее живительную силу движение народа к своему святому Царю. Можно ли это назвать покаянием?..

Хорошо известен подвиг святого Сербского Царя Лазаря, который вышел на войну с захватчиками Своего Отечества, чтобы послужить Своему народу и отстоять Православную веру, зная, что Он и Его дружина погибнут. И Церковь, открыто Его почитая, не боится, что Ее обвинят в политиканстве, монархизме или национализме… Потому так горячо почитает святого Лазаря и Сербский народ, для которого Он является идеалом мужества для подражания и опорой в защите веры и любви к Родине. Но ведь и Государь наш Николай Александрович, с которым тоже погибла Его верная дружина, тоже лег на поле брани за народ Свой и за Православную веру. Только Ему еще труднее было, потому что враг был подлый, бил из-за угла, не открывая себя, и изменники, по слову Апостола, «вышли от нас, но не были наши: ибо, если бы они были наши, то остались бы с нами; но они вышли, и чрез то открылось, что не все наши» (1 Иоан.,2:19). Государь, оставшись в момент предательства в полном одиночестве, безропотно и безстрашно положил душу свою за други своя, став безвинной искупительной жертвой за свой народ, и нет, как сказал Иисус Христос, на земле выше того подвига. И потому победил, ибо, взойдя на Голгофу, до конца выполнил обет царского послушания быть православным Царем, чем угодил Богу.

КАКАЯ ЖЕ ВЛАСТЬ ОТ БОГА?

Этот церковный праздник памяти святых Царственных Мучеников должен быть и главным государственным праздником России, потому что Царский праздник — это праздник и Государства, победа Самодержавной власти, преданной Богу до конца, победа Святой Руси, неподвластной врагам Христовым. Этот церковный праздник должен быть главным государственным праздником России еще и потому, что наш святой Царь по-прежнему для Русского народа, давшего в 1613 году клятву верности Династии Романовых, остается Главой Государства, «Великим Господином». «Тебе, Государь, — обращался к Великому князю Московскому Димитрию Донскому преп. Сергий Радонежский, благословляя его на победу над Мамаем, — должно попещись о врученном тебе христоименитом стаде…». «Государь, Господин», — так исстари обращались Патриархи к Царям и Императорам. А «если епископ, или митрополит, или патриарх захочет усвоять себе какие-либо названия, не свойственные его сану, и именоваться государем, увлекаясь гордостию и мирскою славою, то да извергнется», сказано Восточными Патриархами. Предстоя пред Престолом «Царя царствующих и Вечного Первосвященника», вместе с Божией Матерью, Которая в Державном образе Заступницы народа Русского явила милость Свою уберечь Россию от погибели, Св. Государь молитвенно охраняет врученное ему Богом достояние. И как сказал о нем прп. Серафим Саровский, «жизнь Государя будет долговременной»,— т.е. как святого, до скончания века. Поэтому, с надеждой уповаем, что благодаря Его святым молитвам продержится еще Россия, по предсказаниям наших святых, до грядущего Богом данного Царя.

Да, безусловно, день памяти наших святых Царей — это праздник, это великий праздник Торжества Православной Власти, Торжества истинно Русской Власти, Торжества Самодержавия, побеждающего безбожный мiр. Ибо Самодержец, как сказано в чине Помазания на Царство, ответственен только пред Богом. И даже в свой смертный час он может сделать выбор — либо сберечь свою жизнь, но душу свою потерять, либо отдать себя за Свой народ, исполнив данный им Богу обет, и тем самым остаться со своим Спасителем. Предательского выбора наши Государи не знали, и потому они являются резким контрастом — как свет и тьма, как рай и ад, как соработники Богу и служители сатаны — по отношению к нынешним правителям, служащим мiровому масонству и международному кагалу, которые убили нашего Царя, а теперь требуют от нас безпрекословного себе подчинения. «Царь наш праведной жизни» — сказал о Николае Александровиче св. прав. Иоанн Кронштадский. А нынешние? Скопище пороков и преступлений, эти убийцы, устроившие нам, Русским, смертельный геноцид, расхитители народного добра, эти менеджеры-временщики, укравшие у нас законную власть. Конечно же, их власть не от Бога, ибо ищут они себе помощи и защиты сугубо у своих заокеанских братьев по духу и крови, у погрязшего в сатанинских грехах Запада, отдавая Россию во власть международного масонства. «Демократия в аду, а Самодержавие на небесах», — это тоже слова св. прав. Иоанна Кронштадтского, будто предсказанные о нынешней власти. Потому, находясь в тенетах жидовской вампирской демократии, Россия стонет в адских, смертельных муках от ее объятий.

Политические события в нашей стране развиваются так стремительно и так трагически, что буквально не сегодня-завтра решается вопрос будущего России: останется ли она самостоятельным государством, сможем ли мы ее защитить и сохранить свою веру или, потерпев поражение, в собственной стране окончательно превратимся в жалких рабов варварского отребья? Сегодня у Русского народа нет ничего — ни своей государственной власти, ни своей армии, ни своей земли — все украли окаянные. Есть у нас только Господь Бог и наш святой Государь. Но этого у нас, православных, как ни пытались долгие годы, украсть невозможно, это остается в нашей духовной и генетической памяти. И потому мы знаем, что только это двуединство может спасти Русский народ. Ибо, как сказал выше упомянутый Патриарх Константинопольский Антоний: «Невозможно христианам иметь церковь, но не иметь царя. Ибо царство и церковь находятся в тесном союзе и общении между собой и невозможно отделить их друг от друга. … Послушай верховного апостола Петра, говорящего в первом соборном послании: "Бога бойтесь, царя чтите…». Эти слова Апостола прежде всего относятся к священству, наверное, исходя из них сщмч. Владимир, Митрополит Киевский, напутствовал при рукоположении: «Священник не монархист недостоин стоять у Святого Престола, священник республиканец – всегда маловерен; монарх посвящается на власть Богом, президент получает власть от гордыни народной; монарх силен исполнением заповедей Божиих, президент держится у власти угождением толпе; монарх ведет верноподданных к Богу, президент отводит его от Бога». Здесь совершенно четко разделяются две природы власти. А нынешние республиканцы, уверяя нас, что вся власть от Бога, неужели готовы оправдать даже власть каббалы и власть каннибалов?..

Чтобы отстоять нашу веру и спасти Российское государство, нужна православная национальная власть, которой в России не было с 17-го года. Но они Русских во власть не пустят, это понятно уже на многих примерах пошедших во власть патриотов своего Отечества, защищавших достоинство и интересы Русского государства и за это попавших в суровую немилость вплоть до физического устранения либо томящихся в застенках, о которых, как о чужих, молчит и демпресса. Но пока мы не исправим свою жизнь, не принесем плоды покаяния перед нашим Царем и пред Богом в грехе цареотступничества, пока, как блудный сын, каждый из нас и весь народ, не раскается до глубины своей совести, что «согрешил против неба и пред тобою, (Лк. 15:17-20), до тех пор будем безсильны перед злом, будем мириться с теми, кто коварством и обманом завладел нашим государством. И у нас всегда в этот день будет, давящая как камень, скорбь на душе. Сегодня, как и в 17-м году, вопрос нашего будущего опять решается на духовном уровне: с кем мы, по какую сторону Добра и Зла? Государь сделал свой выбор, и мы тоже должны определиться: пойдем ли, как Его подданные, за нашим Царем в его служении Христу или так и останемся, по страху и маловерию, во власти масонской демократии?

В Дивеево, у сосны, посаженной монахинями, как молвит предание, в день рождения Царевича Алексия, постоянно горят свечи, творятся молитвы, среди них поют и этот Тропарь Кресту и молитву за Отечество: «Спаси, Господи, люди Твоя, и благослови достояние Твое, победы грядущему православному царю на сопротивныя даруя, и Твое сохраняя Крестом Твоим жительство». Слава Богу, народ начинает просыпаться, помоги нам, Господи! Однако на пути к грядущему царю нас ждет серьезная духовная опасность, ибо давно известно, как действуют эти самые сопротивныя: если нельзя уничтожить, надо оседлать, т.е. надо подмять под себя, возглавить, извратить идею и, вынув сердцевину, наполнить ее ложными идеалами. Они почувствовали назревающую потребность Русского народа вернуться к своему традиционному, Богом данному государственному устройству. Еще в начале прошлого века одесские жиды на привозе кричали: «Мы дадим вам своего царя!». Теперь они поняли, что время пришло и стали действовать.

КАК ЧЕКИСТЫ СТАЛИ МОНАРХИСТАМИ

Вопросы монархического устройства России в наши дни перестают быть только предметом давно минувшей истории. За монархическую идеологию уже не сажают ни в тюрьму, ни в сумасшедший дом. Монархические идеи сегодня активно востребованы, обретя ценовую стоимость, они успешно пущены на потребу, все чаще мелькая в речах тех, кто любит Россию, но только как сырьевую базу: например, в устах одного певца-миллионера слова «я люблю подмосковные рощи…» или «золотая моя столица» воспринимаются не иначе как в грабительском смысле. Все более на монархическом поле раскручивается политическая борьба, для кого-то являющаяся шансом еще более подчинить инородцам духовно ослабленный, безвольный и безправный народ. «Где труп, там соберутся орлы» (Лк., 17:37). Одни, с нечистыми помыслами, предательством Царя лишившие себя прав на престолонаследие, не знающие ни нашей веры, ни России, имеющие совершенно чуждый нам менталитет, не любящие наш народ и не способные жертвовать ради России, выйдя из-за теневой завесы своего многолетнего выжидания, рвутся на царский трон. Другие, в одночасье объявив себя монархистами, с корыстными целями помогая им, готовы предать и продать всех и вся, и ради возможности лишний раз погреть руки, унизанные брильянтами, и жадно потолпиться у трона, став новоявленными царедворцами при нынешнем режиме, ринулись строить «головокружительную» карьеру. Недаром их называют ряжеными, ибо истинные убеждения претворяются в служение, а не в каскад красивых слов. А если они сами ряженые, то какого царя они хотят посадить на трон? Ну, конечно, такого же — ряженого, ибо с ним всегда можно договориться. К стати сказать, и царский трон уже отреставрировали, до времени спрятав его в укромном месте. «Нынешние властители, вожди страны» и в коронацию согласны поиграть, если народ особенно начнет настаивать на царе, но подсунут своего, превратив сакральное действо в балаган и посмешище: по-другому у них не бывает, святые чувства им не знакомы, вызывая у них только желание поглумиться и сорвать свой гешефт. Тех и других державников-новоделов, мундиры и фраки которых пошиты на доллары Израиля и ЦРУ, выдают одинаковые знаки на погонах и агрессивные, хищные повадки. Но вторые страшнее, ибо именно эти шабесгои, служа собственным амбициям и похотям, прикидываясь нашими, используя монархическую фразеологию для игры на патриотически-национальных струнах, своим предательством всего святого, открывают ворота в Кремль для разного рода чужеземных проходимцев-завоевателей. Их общая цель — не Богу послужить и не Отечеству, явив себя его воинами-защитниками, а как новые стервятники, под благовидным предлогом стать очередными ее колонизаторами. Не себя положить в подножие России, а сделать ее своим пьедесталом, не помочь Русскому народу вновь обрести свою мощь, а, рассчитывая на жирный кусок, использовать народ в качестве бизнеса для своих прихотей и товара для своих покровителей. Ибо вполне очевидно, что новоявленные монархисты, исполненные вожделенных целей, отлично упакованные, сыто и благополучно вписавшиеся в нынешний, антинародный оккупационный режим, действуют не столько от себя, сколько осуществляют цели мiрового правительства и, сами легко управляемые, становятся проводниками мiровой закулисы. Есть и третий уровень монархистов, создающих многочисленные партии, общества, движения и, казалось бы, искренне служащих благородной идее. Но и этим Бог силы тоже не посылает. Почему?

Ответ на этот вопрос дает русский генерал-монархист М.К. Дитерихс еще в 20-х годах прошлого столетия. «Нет нужных братьев и в современных монархических организациях, и различных объединениях. И это особенно ясно в текущем движении по фиктивному объединению. Ведь ищут объединения не во имя создания однородных идей, не вокруг однородных монархических принципов, а опять-таки вокруг личностей, деятелей, не стремясь устранить основные причины, обусловившие нелепое существование огромного количества разноименных монархических организаций.

И почему так? Да потому, что в рядах всех этих организаций… нет людей истинных и чистосердечно принимающих начала русского, исторического, национально-религиозного самодержавного монархизма. Скажу даже больше: все это, в большинстве случаев, элементы и деятели, чрезвычайно враждебно относящиеся к принципам чистой национальной идеологии, или люди, их не понимающие, или, наконец, люди, слепые от рождения, или слепые по похотям…

В чем же дело? Да в том, что все те, кто называет себя ныне монархистами, причисляют себя к таковым не по исповеданию принципов, понятий и религии монархизма, как идеологически мощного, объединяющего массу, общественность, государство — начала, а лишь по форме, по внешним осязаемым материальным проявлениям его. При этом форма и внешность обращаются ими в сущность, исчерпывая всю содержимость их монархического чемодана. Отсюда понятие ими идеи возрождения в России монархизма является для них только в формально-аксессуарном восстановлении трона, возведении на него того или другого из Романовичей, занятие при троне определенного придворного или административного положения и приведение всех прочих граждан России к "поднози трона" путем тех же чекистских мероприятий, изменив лишь название органов: охранка, жандармерия, гвардия и так далее. Вот, мне кажется, весь запас их идеологии и все их мировоззрение на монархизм вообще и в частности — на современные задачи монархического объединения и движения. Такой идеологией предполагается победить мировое большевицкое движение и дать России мир и благоденствие, а себе...».

Неправда ли знакомы болевые симптомы этой «монархической болезни»? Хотя, безусловно, есть патриоты, истинно исповедующие монархическую идею как единственный путь возрождения православной России, к каковым относит себя и автор. Может быть, обращаясь к названным Дитерихсом причинам, поэтому мы все время теряем позиции и терпим поражение? Но почему, однако, эти лжемонархисты растут как грибы, почему мы их не различаем или различаем слишком поздно, почему не по силам нам сбросить ненавистное жидовское иго? Ответ прост, который мы до сего дня не хотим слышать: мы ослаблены своим безверием. Не будучи верующими, или будучи ими только по названию, а не по своему образу жизни, служа своим человеческим прихотям и амбициям, мы стали вожделенной добычей в руках могущественных мiродержателей.

КИНДЕР-СЮРПРИЗ ОТ ЛИБЕРАЛОВ

А их борьба с народом, с нашими государственно-национальными идеалами, не затихает ни на секунду, обретая сегодня новые, изощренные и унизительные формы. Демократическая прививка под вопли о холокосте и свободе секс-меньшинств, хоть и продырявила много оспин и продолжает выделять смертоносный яд, все же народным организмом не усваивается, время от времени происходит бурная реакция отторжения — ибо Россия усваивает только православные ценности. А это значит, что мы еще живы. Тогда в этом случае, думают захватчики, вдруг народ действительно захочет царя, и не нашего, которого пришлют «из-за бугра по разнарядке», а своего, настоящего, Помазанника Божия? А это для нынешних менеджеров — просто смертельно. Чтобы кремлевским клещам удержаться во власти, им необходимо в свою очередь держать покоренное общество в узде. Но общество непримиримо расколото и разбегается в разные стороны. Одна часть — это православные патриоты, любящие и служащие своей Родине и оставшиеся верными идеалам исторической России, их немного, но они все же есть. Другая — исповедует большевистскую идеологию, но тоже патриоты, потому что хотят видеть Россию независимой, но без Бога и царя, и потому активно настроены не только против демократов, но, что особенно горько, и православных. И третья — демократы-инородцы, агенты влияния, фальшивые кумиры которых потускнели и облупились, а иные давно обезценились, а потому держащиеся на предательстве коллаборационистов, шабесгоев и ножах оккупантов. Одинаково ненавидя русских, как тех, так и других, они и «б-га» примут и засланного царя, лишь бы к ним «зеленые знаки» через море-океан летели. Управлять таким обществом становится все труднее, власть вот-вот может выскользнуть из рук. И вот, то ли на Лубянке, то ли, аж, в самой резидентской администрации поняли, что на либеральную похлебку, типа «единой рассиянской нации», общество уже не созовешь, нужна новая идея, знамя которой устроит всех. И тогда кремлевские «гешефтмахеры» — эврика, нашел! — запрятали для нас еще одну ловушку.

Секрет ее заключается в следующем: чтобы Русский народ забыл свои национальные идеалы, надо их подменить, авось приживется, похожим, но своим героем, дать свой гражданский образец. Они решили соединить два несовместимых для русского мiровоззрения понятия: патриот и демократ, патриот и либерал, что должно послужить манком общественного «примирения и согласия». Такой своеобразный киндер-сюрприз: либеральная сердцевина в православно-патриотической упаковке. А кого же для этого найти? Нужна фигура значимая, крупная, известная. Вот тогда очевидно и возникла идея перезахоронения участников Белого Движения: ну кто посмеет бросить камень, а другие и всплакнут даже от переполненных чувств, что дожили до такого времени, когда на Родину возвращаются ее герои. Однако сунулись «бывшие советские, а ныне «федеральные» чиновники» то к одному, то к другому и «получили отпор: потомки генерала Врангеля, в частности, его сын, барон Алексей Петрович Врангель, своевременно выступили с протестом по поводу чекистских планов, справедливо отметив, что преступления коммунизма в РФ так до сих пор юридически и не осуждены, а существующий в РФ режим является прямым наследником большевицких преступников, против которых как раз и боролись Русское Белое движение и генерал Врангель!» «Провалилась… идея чекистов перезахоронить в эРэФерии… прах Главнокомандующего Русской Армией Ген. Шт. генерал-лейтенанта барона Врангеля», — оповестило «Заявление Русского Обще-Воинского Союза (РОВС) по поводу перезахоронения чекистами праха Генерала А.И. Деникина в Российской Федерации». Поняли тогда идеологи, что всех подряд, особенно монархистов, привечать нельзя: опасно это государственное дело пускать на самотек. Хоть они и получили щелчок по носу, но от своего дела решили все же не отступать.

И тут кто-то вовремя вспомнил о Деникине: можно осуществить перезахоронение останков знаменитого генерала, а заодно, — эдакая мудрая плюралистичность и толерантность! — философа Ивана Александровича Ильина. Но Ильина, — ну кто его, гения русской мысли, из безродных законодателей способен оценить в нем государственника, кто из прозападно настроенных власть предержащих захочет следовать его монархическим идеям возрождения России, кто из раскованных студентов-школьников будет его изучать, кто из лидеров молодежно-демократических наростов вдохновится его идеями? — это так, для отмашки, на всякий случай. Потому и поминали Ильина, будто извиняясь, буквально в нескольких словах, укладываясь в одно предложение, а патриотов-монархистов, потрафив им, надеялись таким образом обезоружить. А вот о генерале Деникине трубили во все фанфары, все дни и по всем ТВ-каналам. Сделав, что было очень больно видеть, из этого священнодейства пиар-кампанию, показали тем самым, чьи уши торчат.

Хочу, чтобы правильно меня поняли: я не только не против перезахоронения на Родину праха знаменитого генерала, если таково было его завещание, он, конечно, имеет на это право. Более того, я, безусловно, за то, чтобы все государственники, воины, писатели, философы, духовенство — все Русские патриоты — упокоились в земле своих предков, кроме тех, кто отрекся от Христа, устроив кровавый геноцид русскому народу. Ибо и умершие сыны своей Родины, находясь в родной земле, продолжают «работать» на свой народ, надмогильными крестами закрепляя в его генетической памяти, кто мы есть, помогая ныне живущим любить свою землю и защищать свое Отечество для созидания его будущей славы. Но до сих пор ни одному из многих тысяч монархистов, погибших «за Веру, Царя и Отечество», либо вынужденных покинуть Родину, нынешняя власть не воздала должного поклонения за их преданность Государю как законной власти, исполнивших присягу верности Престолу ценой собственной жизни. До сих пор не вынесен вердикт тому, что произошло в 17-м году и совершалось предшественниками-коммунистами в течение нескольких десятилетий, методически уничтожавшими миллионами жизней генофонд Русского народа. Нынешние менеджеры так и не осознали вины за своих кровных и идейных предков и пред расстрелянным Государем и перед нами. Невольно складывается впечатление, что вся эта нынешняя помпа устроена не случайно, — тем более сама дочь Деникина дала понять, что идею о перезахоронении ей «подкинули» из Москвы, — что делалось это ради грандиозного эффекта в достижении задуманной цели, в котором нуждаются сегодняшние демократы-большевики, устроившие вторично государственный переворот. Деникин был отважным генералом, он любил Россию и воевал за нее, но он, получавший награды из рук Царя, не остался верен царской присяге и потому, возможно, Господь не даровал ему победы как Главнокомандующему Белой Армией. Так почему же он поднят на щит, почему же так поторопились?

«Очевидно, что существующий в РФ антинациональный режим, активно продолжающий дело разрушения теперь уже последних остатков Исторической России, постоянно нуждается в идеологическом прикрытии своих преступлений — как прошлых, так и нынешних, — говорится в том же Заявлении РОВС. — Одновременно наследникам ленинской банды необходимо заблаговременно нейтрализовать и потенциальную опасность возобновления борьбы против нее под знаменами и лозунгами Русского Белого движения: сегодня Белая Идея является исключительно актуальной и потенциально весьма опасной для путинского и аналогичных ему режимов на территории расчленённой России!». И к стати вспомнить, что Антон Иванович Деникин хотел увидеть Россию освобожденной, чего не скажешь о нынешней РФ. Кремлевским временщикам-узурпаторам срочно требуется поднять собственный авторитет, тем более что вскоре очередные выборы. Для их нового идеала — демократа-патриота, либерала-патриота — его фигура как раз то, что надо: он был против большевиков — чем можно подкупить православных, но при этом за Царя не выступал, приняв Февральскую революцию, присягнул Временному правительству — а здесь нас и демократы в монархизме и черносотенстве не обвинят и большевики не упрекнут! Поддержат и военные, видя в нем идеал безстрашного полководца. Патриот-республиканец, патриот-демократ, патриот-либерал — нашли, наконец, формулу, — вот новый идеал героя!

ВМЕСТО ВЕНЦЕНОСНОГО ЦАРЯ — КИПОНОСНЫЙ ПРЕЗИДЕНТ?

А восторгаясь Деникиным, обыватель невольно переведет взгляд и на Путина — так ведь и он такой же: вроде тоже против большевиков, тоже республиканец, тоже главнокомандующий, тоже за демократические ценности, тоже восхищается Февральской революцией. И тоже либерал, за малейшие провинности сажая в тюрьму нацболов, экстремистов, ксенофобов, антисемитов и шовинистов, — исключительно русских — возможно, вскоре очередь дойдет и до монархистов, если будут особо настаивать на Самодержавии как исконно русской власти. Вот и кое-кому из националистов за «Россию для русских» кремлевский чекист уже пообещал найти «место в вонючей психушке». Правда, надо отдать ему должное, ратуя за свободу слова, русофобов не трогает и даже поощряет, а значит, тоже настоящий патриот-демократ. Хотя, есть и различия, например, в отношении Деникина к России как «единой и неделимой», к армии, которую он призывал любить и беречь, да и к Германии несколько иные чувства питал, стараясь защитить от нее Родину, но это ведь все, на взгляд демократов, ненужные мелочи. А в остальном все сходится, Путин — просто вылитый генерал. Вот какого нам надо правителя Российской Федерации, глядишь, и преемника такого же подберет! (На что он, к стати сказать, ни по каким законам, даже по «ихней» конституции, права не имеет!) А за ним, по той же аналогии, весь жидовский гевалт — и правительство, и правозащитники, и политологи, и ведущие тележурналисты, и олигархи, наконец, потянутся, быстренько встанут в ряды либерально-демократических патриотов, предъявят как «русские патриоты» свои права на владение Россией… Попробуй теперь отмахнись от них, а они тебе ответят, что все наше: расскажут с телеэкрана на свой убогий взгляд Русскую историю, какими деспотичными и развратными были русские цари, как плохо воевали наши генералы, какими неразвитыми были наши крестьяне и безнадежно отсталой страна, отреставрируют архитектурные памятники, после чего невозможно будет определить их культурную принадлежность, обживут заповедники, избавятся от ненужных природных ресурсов… А если они русские патриоты, то кто же тогда мы в России — без прав и состояния? Но зато как теперь при «национальной элите» Российская колония, стремясь под ярмо Запада, заживет, глядишь, этот оболваненный и покоренный «русскоязычный электорат» и о Царе забудет, лишь бы колбаса была и батареи грели!

Подсовывая этот нежизнеспособный гомункул патриота-демократа-либерала, созданного в толерантной пробирке кремлевских алхимиков-временщиков, власть надеется опять нас обмануть: а вдруг не догадаемся или на худой конец засомневаемся, что без Бога и царя, как нас заставляют поверить кремлевские «гешефтмахеры», не может быть «Россия единой и неделимой», изначально расколовшись в своей идеологии. А помогут прикрыть эту очередную ложь демократии не только все те же их помощники-коллаборационисты, создав этнографический антураж а-ля свобода-рус, но и их собратья в митрах. Недаром Московская Патриархия, под звон колоколов, затмив разум сусальной позолотой, провозгласила по заказу из вышестоящего всесильного ведомства дату окончания гражданской войны и наступившего «мира и согласия», — очевидно, между ненасытным Молохом и его, отданной на заклание, связанной жертвой. Кого с кем и под какой духовной сенью будут примирять «россиян», и у кого — Иисуса Христа или князя мiра сего — будут согласовывать свою совесть, так и не объяснил в своей помпезной речи Патриарх. Но зато камень для часовни в память о состоявшемся примирении уже поспешил заложить.

Наверное, для начала, в этом пантеоне угомонятся «с миром и согласием», как срок придет, коммунист-патриот отец, автор серийных гимнов, и демократ-патриот сын, затеявший эту «героическую комедию». А между ними, как связующее звено примирения эпох, унавозит землю четырехпалый пьянчуга, между приступами белой горячки боровшийся «за нравственное возрождение» искромсанной им с подельниками России. Хотя и столичный мэр наверняка заслужил там, в изголовье с минорой и той же кипой, почетную могилку, явив себя либералом-патриотом, когда посетовал на панихиде, что люди, пришедшие к власти, вытеснили за пределы России таких настоящих героев! Поначалу показалось, что это он про себя, беззаконника, ан, нет, все-таки и своих отцов-ленинцев вспомнил! Наверное, там и еще себе место найдут рассиянские патриоты — кто ж откажется лечь по соседству с белой косточкой! Глядишь, такой бомонд подберется, как на нынешней панихиде. Будет что, как героям известного рассказа Достоевского, им после смерти с хохотом обсудить, как они ловко обставили «эту страну». А самому главному «православному атеисту», по выражению русского кинорежиссера Вадима Виноградова, компьютерным ликом либерала-патриота, где лоб от одного, а нос от другого, заместившему истинно-русского патриота-монархиста, очевидно, придется отдельный пантеон сооружать — ведь до чего ж хороша идейка, это вам не веники в бочке парить! Хоть он, как серый кардинал, на панихиде не показался, но без его покровительства это действо совершить было бы невозможно. И потому так понятна тревога, выраженная в том же Заявлении РОВС, «что при проведении очередного перезахоронения чекистам обеспечит «церковное прикрытие» и Московская Патриархия, давно уже позорно подвизающаяся в роли униформированного политуправления, обслуживающего все извращения правящей в РФ верхушки». Возможно, они ошибаются, кто-то и по-другому считает, но уж больно похоже на правду, такой впечатляющий православно-либерально-демократический киндер-сюрприз получился! Какой-то черный юмор, если не сказать кощунство, ощутила Россия, когда на панихиде в Донском некрополе, столпившись на почетном пьедестале у гробов, патриотические речи орали в микрофон те, кто гнобит Русский народ и глумится над его православно-историческими традициями. А потому невозможно отделаться от ощущения грандиозного обмана, подмены и фальши. Осталось впечатление, что весь фейерверк для этого они и устроили, использовав «белые платочки» и «казачьи папахи» всего лишь в качестве безплатной массовки…

Для русских есть только два критерия — Бог и царь — соответствием которым определяется как жизнь частного человека и общественно значимых фигур, так и политика власти: приближают они к нашим незыблемым национальным ценностям, которые дадут России выйти из государственного тупика и обрести историческое будущее, или уводят в сторону, а то и вовсе все глубже затягивая в кромешный лабиринт жидовского плена.

«КТО ГОСПОДЕНЬ — КО МНЕ!»

Без Бога, как особенно показало наше бытие за последнее столетие, мы ничего не можем, но в этой борьбе за Россию нам трудно надеяться на большинство нынешнего духовенства и, прежде всего, архиереев. Правда, Господом обещано, что «где двое или трое собраны во имя Мое, там и Я посреди их» (Мф.,18:20). А если призовем Его имя, то как Глава Церкви даст Он нам, — как это и было, с получением автокефалии, в истории нашей Церкви, — Русского Епископа-монархиста, который соберет всех верных на Поместном Соборе, где главным будет не указания различных «вышестоящих инстанций» или воля управляемого большинства, а верность Истине, т.е. воистину соборно, через «единство духа в союзе мира» (Еф.,4:20), определит Церковный Собор нашу дальнейшую народную жизнь… Только через осознание причин нашего падения, через отвержение самости вождизма, отказ от своих корыстных вожделений, через личную жертвенность ради Божьего дела… а затем, как это было в 1613-м году, через собирание Церковью народа земли Русской на Земской Собор, через нашу соборность, через наше общенародное покаяние во грехе отречения от Царя и безбожной жизни, через наш, наконец, молитвенный вопль «потщися, Господи, погибаем!», — откроет Господь нам грядущего православного Царя. «Россия восстанет,… когда разгорится вера», — говорил Свт. Иоанн Шанхайский. Другого пути к нашему спасению и возрождению России у нас нет. Но Господь уже назначил нам Свои сроки…

Когда Моисей вернулся с горы Синай, где с ним беседовал Господь, держа «в руке… две скрижали откровения», на которых «были письмена Божии», он увидел, что пока отсутствовал, народ его развратился, стал поклоняться золотому тельцу, которого отлил первосвященник Аарон. «И приняли они этого тельца, сказав: «вот бог твой, Израиль, который вывел тебя из земли Египетской! Увидев [сие], Аарон поставил пред ним жертвенник, и провозгласил Аарон, говоря: завтра праздник Господу» … «Когда же он [Моисей] приблизился к стану и увидел тельца и пляски, тогда он воспламенился гневом и бросил из рук своих скрижали и разбил их под горою; и взял тельца, которого они сделали, и сжег его в огне, и стер в прах, и рассыпал по воде, и дал ее пить сынам Израилевым. И сказал Моисей Аарону: что сделал тебе народ сей, что ты ввел его в грех великий?» — Но вместо того, чтобы покаяться за совершенный грех, «Аарон сказал: да не возгорается гнев господина моего; — и свалил на тех, кого он должен был пасти: «ты знаешь этот народ, что он буйный». Моисей увидел, что это народ необузданный, ибо Аарон допустил его до необузданности, к посрамлению пред врагами его. И стал Моисей в воротах стана и сказал: кто Господень, — ко мне! И собрались к нему все сыны Левиины. И он сказал им: так говорит Господь Бог Израилев: возложите каждый свой меч на бедро свое, пройдите по стану от ворот до ворот и обратно, и убивайте каждый брата своего, каждый друга своего, каждый ближнего своего. И сделали сыны Левиины по слову Моисея: и пало в тот день из народа около трех тысяч человек. Ибо Моисей сказал: сегодня посвятите руки ваши Господу, каждый в сыне своем и брате своем, да ниспошлет Он вам сегодня благословение» (Исх., 32: 4,5, 19-22, 25-29).

Именно царю, верному Богу, которого первоиерарх называет своим господином, открывается Господь и дает Свои заповеди и законы. В отсутствие Царя пало священство, согласившись с богоборчеством, идя на поводу низменных инстинктов народа, предложило ему поклоняться золотому тельцу, подменив идолом Бога Истинного. Развратившись сами, ввели и народ в грех великий, допустив растление нравов, пьянство и языческие оргии. — Как эта Библейская история напоминает наше время! Но эта печальная схожесть вселяет затем и надежду, протягивая лестницу, по которой мы можем выбраться из погибели разврата. — Ибо пришел Царь, испепелил тельца, и, бросив клич тем, кто сохранил ему верность: «Кто Господень — ко мне!», очистил и землю, и народ свой от тех, кто отступился от веры в Бога и царя.

Просыпаясь после долгого и тяжелого сна, мы начинаем осознавать, что только Православный Царь, как верховная национальная власть, может освободить Россию. Все более отчетливо, отталкиваясь от обратного, от окружающего нас ада, в который кинули Россию нынешние кремлевские управленцы-«гешефтмахеры», справляющие на нашей крови, по выражению того же генерала Дитерихса, свое «торжество проклятой жидо-утопии», мы постигаем непреложную истину, что в образе Самодержавия Бог дал Русскому народу духовный и политический идеал правления нашей страной. Именно ради нашего прозрения Царь-Мученик Николай Александрович принес себя в искупительную жертву. Поэтому праздник Царской Голгофы — это настоящее Торжество Православного Царя, ибо на такой жертвенный подвиг способны были только наши боголюбивые Государи, как первый, так и последний. Взошедшие на крест мученичества, они показали народу, какая праведная власть была дана нам, Русским, которую мы должны были сохранять до крови, до смерти! Но мы должны искупить свой грех, и тогда Богом призванный Царь, по пророчествам Серафима Саровского, Феофана Полтавского, Анатолия Оптинского, Лаврентия Черниговского и многих других русских святых, очистит Церковь от нечестивых иерархов, которые, сами поклонившись тельцу, допустили народ «до необузданности, к посрамлению пред врагами его», и, призвав свое верноподданное христолюбивое воинство — Кто Господень — ко мне! — вместе с Патриархом, как Филарет, Гермоген или Тихон, поведет за собой Россию.

Не оставь нас, Господи, в эту лютую годину! Святые Царственные Мученики и весь Собор святых правителей Земли Русской, молите Бога о нас, помогите нам отстоять нашу любимую Родину и освободиться от нечисти, которая попирает нашу веру, уничтожает наш народ и с ненасытностью саранчи пожирает наше государство! С вашей молитвенной помощью, святые Правители Руси, чью память мы ныне совершаем, мы должны их победить, ибо мы Русские — и с нами Господь Бог Иисус Христос, отныне и вовеки. «Дай нам, Господи, мужества дар» соборно покаяться перед нашим Святым Государем! Тогда даст нам Господь и мужества дар очистить от врагов Христа Святую Русь, восстановить престол Самодержавного Царя и возродить Великую Россию! Аминь.

Валентина Дмитриевна Сологуб,

17/4 июля, День памяти Свв. Царственных Мучеников
и Блгв. вел. кн. Андрея Боголюбского —
8 октября/25 сентября, Преставление прп. Сергия, игумена Радонежского, всея России чудотворца,

2005 г.

 

 

http://rus-sky.com/publicist/index.htm