Православные новости

В Ставрополь доставлен отросток Евангельской смоковницы

 

 

В Ставрополь доставят один из четырех отростков смоковницы Закхея, которая произрастает в городе Иерихоне, расположенном на подконтрольных палестинской администрации территориях. Речь идет о дереве, на которое влез сборщик налогов Закхей, чтобы увидеть Иисуса.

 

В честь прибытия отростка в храме Сергия Радонежского состоится молебен, который возглавит митрополит Ставропольский и Невинномысский Кирилл. После богослужения растение будет передано в Ставропольский ботанический сад. По информации сайта Aspnova, всего в Россию было передано 4 отростка данного дерева, они находятся в Кубанском национальном ботаническом саду.

 


Участок земли с «деревом Закхея» площадью 1,1 га был приобретен в 1886 году иеромонахом Иоасафом (Плехановым) на деньги русской благотворительницы Елены Резниченко. Однако позднее у отца Иоасафа испортились отношения с Иерусалимским патриархом, и он был вынужден срочно покинуть Палестину. Перед отъездом он подарил участок Императорскому православному палестинскому обществу. Участок был оформлен на председателя ИППО великого князя Сергея Александровича. На участке остался разведенный отцом Иоасафом апельсиновый сад и несколько построенных им глинобитных зданий. Однако до конца этот участок не был освоен и постепенно пришел в запустение. После 1917 года внимания к этому, как и к другим объектам российской недвижимости в Палестине, практически не было. В 1995 году глава ПНА Ясир Арафат своим указом передал участок в собственность правительства России. 18 января 2011 года был открыт новый музейно-парковый комплекс в Иерихоне на участке, принадлежащем Российской Федерации.


Когда Христос направлялся в Иерихон, где жил Закхей, то последний, будучи небольшого роста, но желая хоть издалека увидеть Мессию, влез на смоковницу. Христос заметил его, обратился к нему со словами: "Закхей, сойди скорее, ибо сегодня надобно Мне быть у тебя в доме".

 

Глубоко тронутый Закхей с радостью принял Христа в своем доме и дал обещание раздать нищим половину имения, а также вчетверо воздать всем, кого только он когда-нибудь обидел при сборе пошлин и податей.

 

В доме Закхея ввиду недоумения народа (почему был выбран дом именно мытаря, ненавидимого евреями за несправедливые сборы налогов в пользу римлян) Христос сказал знаменательные слова: «Сын Человеческий пришел взыскать и спасти погибшее», этим давая шанс всем спастись.

 

 

 

Справка:


В Евангелиях рассказывается о том, что, мытарь Закхей, (сборщик налогов), будучи человеком низкого роста, когда услышал, что к городу приближается Иисус Христос, решил залезть на дерево чтобы увидеть Учителя. Закхей, прослыл среди жителей Иерихона, как человек жадный и к тому же страстный радетель своего ремесла, которое никогда не пользовалось людской славой. Каково же было удивление грешного мытаря и возмущение толпы, когда Иисус не только остановился под смоковницей и обратился к Закхею, но и выразил желание прийти в его дом. Это событие перевернуло сознание Закхея, он открыл свое сердце Христу и покаялся за свою жизнь. Встав из-за стола, за которым возлежали по-восточному обычаю гости, он обратился во всеуслышание ко Христу: «Господи! половину имения моего я отдам нищим, и, если кого чем обидел, воздам вчетверо». В ответ Господь произнес: «Ныне пришло спасение дому сему, потому что и он сын Авраама, ибо Сын Человеческий пришел взыскать и спасти погибшее». После этой встречи Закхей никогда не расставался с Христом, а уже после Воскресения Христа Спасителя и Его славного Вознесения бывший мытарь был рукоположен апостолами во епископа и посвятил всю свою жизнь служению Господу. Участок земли и смоковница были приобретены в 1886 году иеромонахом Иоасафом (Плехановым) на деньги русской благотворительницы крестьянки Елены Резниченко. Когда отец Иоасаф был вынужден покинуть Святую Землю, он подарил участок Палестинскому обществу. Участок был оформлен на председателя ИППО великого князя Сергея Александровича Романова. Совет общества решил провести в 1891 году на участке серьезные археологические раскопки. Для этой цели Обществом в Святую Землю командируется научная экспедиция ИППО под руководством Н.П. Кондакова, прошедшая по маршруту Константинополь – Афины – Бейрут-Гауран – Заиорданье – Иерусалим. Экспедиция провела в Иерихоне два дня, посвятив их «осмотру местности древнего города, столь замечательной в различном отношении, и посещению некоторых окрестных мест, особенно Сорокадневной горы с ее пещерными церквами». Эта экспедиция нашла на территории «Антониновского участка» византийские мозаики IV века с эпитафией игумена Кириака на греческом языке «Гробница блаженного Кириака, пресвитера и игумена, устроившего святую часовню славного мученика Георгия и принесшего ее в дар святейшему новому храму славной Богородицы в Иерусалиме. Скончался одиннадцатого декабря, пятнадцатого индикта, в царствование нашего повелителя Флавия Юстина Второго (565-578)» и остатки капителей христианских базилик. Русские раскопки не получили дальнейшего развития в XX веке из-за разразившейся I Мировой войны в 1914 году. В период с 1917 по 1948 годы Иерихон попадает во власть Британского мандата над Палестиной, а с 1948 года находится в составе Хашимитского королевства Иордания. Затем с 1967 в составе государства Израиля. В 1993 году в рамках Соглашений в Осло Иерихон был передан Палестинской национальной администрации. Иоасафовский участок переписывается на правительство Российской Федерации в 1997 году. Новый импульс русский Иерихон получил с 2007 года, когда председателем Императорского Православного Палестинского Общества был избран Председатель Счётной палаты Российского Федерации – Сергей Вадимович Степашин. Его кандидатура была выдвинута Президентом Российской Федерации Владимиром Владимировичем Путиным, получила благословение Святейшего Патриарха Московского Алексия II и одобрена министром иностранных дел РФ С.В. Лавровым. Усилиями С.В. Степашина власти Палестинской национальной администрации передали ему как Председателю ИППО документы, подтверждающие передачу в собственность России земельного участка в Иерихоне.

Необходимость прощения и обновление Церкви

 

В учении Господнем прощение, даруемое нам Богом, неразрывно связано  с прощением, которое мы призваны дарить тем, кто сделал нам зло. В действительности, наши грехи, за которые мы просим у Господа прощения, чаще всего есть не что иное как зло, доставленное нами другим людям. Следовательно, мы должны просить прощения за эти грехи не только у Бога, но и у тех, кто пострадал из-за них. В противном случае Господь не простит нас.

Делая зло людям, мы одновременно грешим против Бога, а совершая грехи против Бога, мы приносим зло людям. Нарушая волю Божию, преодолевая нравственные запреты, подавая людям плохой пример, человек, ведущий себя неподобающим образом по отношению к Богу, наносит вред и другим людям, ибо усиливает их равнодушие к Богу.

И потому, для того, чтобы простить нам грехи, совершенные нами против Него, Господь просит нас сначала испросить прощения у наших ближних. Однако, если нам необходимо прощение наших ближних для того, чтобы получить прощение от Господа, то и окружающим нас людям нужно наше прощение для того, чтобы Господь отпустил им грехи.

Итак, для того, чтобы получить прощение от Господа, нужно одновременно прощать грехи нашим ближним и просить прощения у тех, кому мы принесли зло. Недостаточно прощать самим, нужно также и просить прощения у других. И то, и другое очень трудно для нас. Гораздо проще просить прощения у Господа, ведь Он, так сказать, «превосходит» нас по величию Своему. К тому же нам легко, по крайней мере теоретически, признать нашу зависимость от Него,– я говорю не о тех, кто не верит, но о верующих. Напротив, крайне трудно даже нам, верующим, избежать пренебрежительного отношения к людям, которые ничем не превосходят нас, по крайне мере настолько явно, насколько превосходит нас величием Своим Господь. И потому из этих двух действий: прощения других людей и необходимости самим просить прощения – второе более трудное. Когда другие люди просят у нас прощения, они как бы находятся в подчиненном положении по отношению к нам, и этим трогают наше сердце, потому что это льстит нашему самолюбию. Напротив, прося прощения сами, мы вынуждены спуститься с пьедестала нашего воображаемого превосходства и признать нашу зависимость от других.

Именно самолюбие скрывается и за нашим нежеланием прощать, и за той неохотой, с которой мы просим прощения у других. Однако, отпуская грехи другим, мы еще не отрекаемся от самолюбия, и только сделав следующий шаг – прося прощения у других, мы уничтожаем все остатки нашего самолюбия. Лишь в этом случае наше сердце испытывает искреннее и всецелое потрясение без всякого сомнительного мотива.

Отказываясь прощать или просить отпущения грехов, мы делаем нашу душу все более и более черствой. Зло, сделанное нам ближними нашими и сохраняющееся в нашей памяти, становится нечистотой, разлагающейся в нас, постоянно отравляющей нашу душу и наполняющей зловонием все наше существование. Ослепляющий свет или тьма, проистекающие от этого яда, лишают нас зрения, не давая нам явственно разглядеть других. Так мы теряем способность любить Господа и быть любимыми другими людьми.

Лишь искреннее прощение уничтожает это чужеродное тело в нашей душе и удаляет бревно из нашего глаза. Следовательно, лишь любовь Божия может дать нам отпущение грехов. Преподобный авва Исайя учил: «Не имей злобы на человека, чтоб не сделать бесплодными труды свои. Со всеми будь чистосердечен, да узришь в себе мир Божий. Как когда ужален бывает кто скорпионом, яд последнего проходит по всему телу и самое сердце повреждает, такова и злоба на ближнего в сердце: яд ее уязвляет душу и в беде бывает она от зла сего. Итак, кто желает пощадить труды свои, чтоб они не пропали даром, пусть поспешит извергнуть из себя сего скорпиона, то есть лукавство и злобу».

Зло, сделанное нами другим людям, тоже смущает нашу душу. Оно лишает нас покоя. Оно мешает нам смотреть другим прямо в глаза. Каждый раз, встречая этого человека, мы чувствует себя неловко, поскольку боимся, что в его душе хранится воспоминание о том зле, которое мы принесли ему. И вновь именно самолюбие мешает нам восстановить искренние отношения с этим человеком. Но достаточно лишь попросить у него прощения, и падут препятствия на пути открытых, свободных и искренних отношений. Напротив, упорствуя в своем самолюбии и не прося прощения, мы не можем предстать перед Господом с чистым лицом и сердцем. Прощение должно сопровождаться искренним чувством раскаяния. Раскаяние просветляет глаза печалью, печалью покаяния, которая придает им ясный и просветленный взгляд. С такой прямотой искреннего раскаяния мы должны стоять перед лицом Божиим, моля у Него об отпущении грехов наших, предварительно испросив того же у наших ближних. Наши прегрешения перед Богом неисчислимы и нескончаемы. Всем, что мы имеем, мы обязаны Господу, и все это мы должны отдавать Ему и нашим ближним. Мы должны неустанно славить Его как словами, так и благими делами, но не делаем этого. И потому раскаяние наше должно быть непрестанным, как непрестанными должны быть молитвы о прощении и о милости Его. Вот почему восточные монахи именно непрестанной молитвой испрашивали милости Божией. И потому Антоний Великий, умирая, просил дать ему еще немного времени на покаяние. Поскольку же прегрешения перед Богом являются одновременно и прегрешениями против людей и наоборот, то и прегрешения против людей, в свою очередь, тоже непрестанны, и потому и за них тоже непрестанно надо просить прощения.

В конечном счете, ни об одном мгновении в наших отношениях с ближними нашими нельзя сказать, что мы вели тогда себя по отношению к ним безукоризненно или что мы сделали нашим знакомым все то добро, которое должны были и могли сделать. Когда ближний мой упрекает меня за мои плохие поступки, которых я, по моему мнению, не совершал, я должен не оправдываться, но признать свою вину. Ибо вина моя, по крайней мере, в том, что я (пусть и неосознанно) дал повод для того, чтобы у него создалось впечатление, будто я желаю ему зла. Преподобный авва Исайя учит: «Если по малодушию брат ответит тебе не так, переноси это с радостью. А если исследуешь свой помысел, как если бы судил тебя Господь, найдешь его греховным». Невозможно пребывать в уверенности в том, что мы не несем никакой ответственности за неизбежное и нескончаемое зло, произрастающее среди людей и поражающее и нас тоже. Нельзя утверждать, что наши поступки, помыслы и слова, обращенные к другим людям, лишены всякого изъяна, что мы уделили нашим ближним должное внимание, чтобы им не казалось, что мы к ним равнодушны. Мы все грешны в этом. Значит, мы должны раскаиваться в нашем поведении по отношению к ближним. Именно по этой причине мы всегда просим иерея помянуть наши имена на проскомидии Божественной Литургии, мы просим всех, кого мы знаем, молиться за нас. И подобным образом мы должны по мере сил поминать в своих молитвах всех, кого мы знаем, и всех людей вообще. А наша молитва за ближних влечет за собой и наше прощение, даруемое им, как и наша просьба молиться за нас влечет за собой и даруемое нам прощение.

Мы молимся за всех известных нам умерших братьев наших, и, молясь за них, мы прощаем их, одновременно чая испросить у всех, кто будет жить в будущем и у всей Церкви, молиться за нас после нашей кончины. Таким образом, мы просим их не о минутных, но о продолжающихся на протяжении всей их жизни молитве и прощении после нашей кончины. Мы также молимся обо всех предках наших, о каждой душе, усопшей в вере, надеясь на то, что и о нас в будущем будут молиться другие люди, и так на всем протяжении рода людского. Равнодушие к мертвым также является грехом, мучающим нас.

Непосредственные и опосредованные человеческие отношения несут в себе слабости, присущие всем людям. Мы же, по крайней мере в рамках Церкви, стремимся к тому, чтобы эти отношения, не прерываемые смертью, вместили в себя и взаимное прощение, иными словами, молитву всех за всех. Да дарует нам Господь полное оставление грехов наших.

Именно это и составляет важную грань всеобщности Церкви. Церковь непрестанно очищается через молитву всех за всех, через постоянное и взаимное покаяние всех ее членов. Чистота и святость Церкви являются направляющими силами ее жизни. Грешники не отдаляются от тела Церкви, ведь ни один из членов ее не безгрешен, но все вместе стремятся к всеобщему искуплению грехов посредством покаяния, взаимного прощения и молитвы всех за всех, которую мы приносим Богу, прося Его об отпущении грехов наших. Церковь не есть закосневшая и неподвижная община, но община, находящаяся в движении, состоящая из людей, грешащих и одновременно искупающих свою вину молитвой друг за друга – не о каких-то абстрактных грехах, но о прегрешениях, несовершенных поступках и равнодушии по отношению к конкретным людям.

В этой живой семье постоянно возникают трудности и препятствия, которые, однако, преодолеваются, погружаясь, как в купель, в море любви каждого из нас, во взаимную любовь всех членов. Все грешат, но и все участвуют в искуплении: прося прощения, даруя прощение, совместно молясь друг за друга о прощении. Грех не есть застывшее состояние. Согрешившие не могут быть оставлены в равнодушии, но должны подталкиваться к покаянию. Их совесть, приводимая в действие Святым Духом, ведет к этому. И потому благодаря покаянию грех уже с самого момента своего появления начинает смываться. Он смывается набегающими одна за другой волнами прощения, молитвы и любви, направляемыми Святым Духом.

Именно таким образом все приводится в действие Святым Духом, который все объединяет. Святой Дух есть начало сей межличностной жизни, стремящейся к чистоте и не способной никоим образом смириться с неуступчивостью и с упорством в недоверии и отчуждении. Такая позиция недоверия и отчуждения создается и поддерживается самолюбием, не просящим и не дающим прощения. Там, где царят страсти (несмотря на то, что сами страсти кажутся чрезвычайно гибкими), господствует косность и недостаток свободы, потому что все это может привести в движение лишь Святой Дух, поскольку именно Он дает людям дар двигаться вперед и просить прощения, преодолевая свое самолюбие и прочие эгоистичные страсти.

Взаимное прощение и молитва всех за всех не только снимают с нас грех. В них также проявляется дыхание любви, открывающей душу каждого из нас другому человеку. Говоря о дыхании Духа Святого, мы подразумеваем ту силу, которая несет нам любовь, жизнь и свободу. Подлинная свобода неразрывно связана с любовью, ибо там, где есть любовь, есть и, прежде всего, добро, источник всякой доброй мысли, слова или поступка. Там есть и жизнь, полная энергии, открытая всем, свободная от всякой гордыни или себялюбивой страсти.

Таким способом Церковь обновляется, по благодати Святого Духа, через взаимное прощение и молитву. Обновляется непрестанно, воссоединяя всех своих членов внутренними узами любви. Иными словами, она воссоздает свое внутреннее единство, гармонию и всеобщность.

Неспособность христианской души выдержать грех и зло, приносимое другим, а также необходимость просить прощения, выявляют искони присущую Церкви способность очищаться, обновляться и непрерывно воссоздавать свое единство и свои внутренние узы, чтобы непрестанно являть собой гармонию во Христе. Так проявляется таинство неизменности Церкви в веках и одновременно ее вечного обновления.

Источник: отец Димитрий Станилоаэ, «Молитва и свобода», изд-во «Эн пло».