О главе поместной Русской Православной церкви

Царь Иоанн Васильевич IV, Грозный

По учению Церкви Главою и Телом Церкви Земной и Небесной является Сам Иисус Христос, поэтому Святая Церковь именуется Церковью ХРИСТОВОЙ. Что касается Поместных Церквей, Епархий и Митрополий, Которые в древности возглавляли Апостолы, Архиепископы и Епископы, их руководство относилось к возглавлению подчиненного им духовенства, вопросами хозяйственного управления ведали Диаконы и Архидьяконы.
На втором Апостольском Соборе (первый был сразу после Вознесения Господа нашего Иисуса Христа, когда в число Двенадцати вместо Иуды Искариота избрали Матфия — Деяния Апостолов, глава 1), на котором решено было ввести Диаконский сан, было рукоположено семь диаконов, для распоряжения церковной десятиной (Деян. 6, 1-7). Само слово «диакон», которое обычно переводится с греческого как «служитель», на самом деле этимологический и понятийно связано со словом «десять» или «десятина» — «дека», по этому «диакон» или в латинизированной традиции «декан» — собственно «десятинник».


Потом в церковном предании Иерусалимские семь диаконов стали именоваться Архидиаконами, среди которых был Первомученик Архидиакон Стефан. По примеру Иерусалимской Поместной Церкви, семь Архидьяконов были и в Римской Церкви. Значения семи Архидиаконов в древних Поместных Церквах было столь высоко, что они почитались в управленческих вопросах выше рядовых Епископов.
 Позже в латинской традиции Архидиаконскому сану стал соответствовать сан Кардинала — сердечно поверенного, которые сейчас соответствуют Восточным Митрополитам, то есть на Западе Кардиналы также входят в число старших Епископов.
На Востоке эта традиция получило иное развитие. После принятия Христианства Святым Равноапостольным Императором Константином, при созыве Первого Вселенского Собора Император, будучи даже не крещенным, а только прошедшим чин оглашения, стал почитаться как Внешний Епископ Церкви. И главы духовенства Поместных Церквей — Архиепископы (Патриаршего сана тогда не было) находились в Его управленческом подчинении. На протяжении первых веков в Христианской Византии главные лица государственной администрации, аналоги современных министров, рукополагались в диаконов и архидиаконов, участвовали в Богослужении в главных храмах столицы. Потом это традиция исчерпала себя, и значение диаконского сана исторически было умалено до младшего священнослужителя.
  В практике Древней Церкви, в некоторых Восточных Поместных Церквах, у Первенствующего Епископа среди прочих титулов иногда употреблялось наименование «Патриарх», в память о Библейских Прародителях человечества и потом Богоизбранного народа. Этот титул не был повсеместным для всех древних Поместных Церквей. Общепринятым титулом для первенствующего Епископа был сан Архиепископа. В некоторых Восточных Церквах на Востоке Архиепископ дополнительно титуловался «Папой», в других «Католикосом». Такие исторические титулы сохранились и поныне в Поместных Церквах как выражение традиции.
Как обязательный сан, главное наименование Первенствующего Епископа — Архиепископа - Патриархом утвердилось в 451 году по воле Византийского Императора Флавия Маркиана (396-457) на Четвертом Вселенском Соборе. С той поры наименование «Патриарх» стало обязательным выражением достоинства Первенствующего Епископа, Архиепископа, во всех Поместных Церквах. В ту же пору был создан Императорский Постояннодействующий Собор-Синод. При Крещенных от Рождения Византийских Императорах иерархический порядок Первенства в Церкви Императора только упрочился. Это находило явное выражение и в Литургической практике, когда на Великих Ектениях первым поминалось Имя Императора, и в практическом или номинальном Председательстве Императоров на Вселенских Соборах или на Соборах, близких им по статусу. (Знаменательно и то что, что Римских Первосвятителей на Вселенских Соборах представляли их диаконы, Архидиаконы).
Из первенствующего положения в Церкви Императоров происходили периоды временного торжества тех или иных ересей — арианства, несторианства, иконоборчества, когда Император склонялся к увещеваниям ересиархов и предпринимал гонения на православных Епископов, священников, монахов и мiрян. Но даже в пору гонений, исповедовавшие Православие Архиереи и Священники продолжали поминать на Литургии Царствующего Императора, впавшего в ересь, чего, например, они никогда не допускали, когда в ересь впадали те или иные Патриархи, Архиепископы, Епископы.
Исключительное положение в Церкви Царствующего Императора по сравнению с Высшим Священноначалием выражалось в Первенствующей защите христианского вероисповедования, в строительстве главных Храмов, в создании или утверждении монастырей, в решении кадровых вопросов среди Высшего Священноначалия и Настоятелей главных монастырей. Без санкции Императора не поставлялись ни Первенствующие Архиепископы, ни потом Патриархи и Управители крупнейших Епархий. Из Поместных Церквей только Антиохийская Церковь стремилась отстаивать свою независимость от Царьграда в выборе своих Архиереев.
   С самого начала Русской Православной Государственности при Святом Равноапостольном Великом Князе Владимире Святославиче схожие с Императорскими прерогативами в церковном управлении Византии стали усваивать и Русские Великие Князья в управлении Киевской Митрополией. Не Киевский Митрополит, а именно Святой Князь Владимир утвердил первый Русский Церковный Устав — древнейший из известных общерусских письменных законодательных Актов. Все последующие изменения и дополнения Русского Церковного Устава также утверждались именем правящего Великого Князя. Святой Князь Владимир создал и первый Кафедральный Собор — Десятинную Церковь в Киеве, а также ввел институт церковной десятины, а себе отвел не по имени, но по сути чин архидиакона — «десятинника». По примеру отца и его сын, Великий Князь Ярослав Мудрый, обновлял и Церковный Устав, он создал новый кафедральный собор для Митрополии — Софийский. Великий Князь Ярослав Мудрый содействовал поставлению и первого русского Епископа — Новгородского Святителя Луки Жиряты-Жидяты, и первого Русского Митрополита Святителя Илариона Киевского. Последнее произошло в пору войны Руси и Византии, когда прервались связи с Царьградской Патриархией. Позже подобные прецеденты возникали на Руси, но Константинополь постоянно сопротивлялся этому.
В пору раздробленности и монгольского нашествия, когда появилось несколько Великих Князей, значение их в управлении Русской Митрополии умалилось. Митрополитами всея Руси чаще всего были греки, сербы или болгары, поставляемые Константинопольским Патриархом. Но со времен русского Митрополита Святителя Петра и возвышения по Его молитвам Москвы (Он первым назвал Москву Новым Иерусалимом) значение Московско-Владимирского Великого Князя в управлении Русской Митрополией стало возрастать. Оно закрепилось при русском Святители Алексии, и потому воля Константинополя в назначении на Московскую Кафедру иностранца — серба Святителя Киприана имела жесткое сопротивление со стороны Святого Благоверного Великого Князя Димитрия Донского. В конце жизни Князь Димитрий уступил в этом вопросе Царьграду, и Святитель Киприан укрепился в Москве. Его преемник тоже был иностранцем — грек Святитель Фотий. Но когда кафедру занял болгарин Митрополит Исидор, принявший участие в Униатском Ферраро-Флорентийском соборе, и Константинополь отпал в униатство, Великий Князь Василий Васильевич сверг отступника в 1439 году, и с 1441 года по воле Великого Князя Русская Митрополия объявила себя Автокефальной и прекратила общение с Константинопольским Патриархатом.
С этой поры значение Великого Князя Московского в церковном управлении Русской Православной Церкви стало первенствующим. Только по воле Великого Князя теперь определялась не только кандидатура в Митрополиты, но и решался вопрос о замещении вдовствующих Епископских кафедр, о назначении настоятелей всех главных монастырей России от Соловков и Валаама, до Чудова и Троицкой Лавры. Церковные Соборы так же теперь созывались по воле Русских Государей, Ими принималось решение и финансировалось строительство главных соборов страны, осуществлялось утверждение новых монастырей из возникавших монашеских общин.
Особенно возросло значение Великого Князя Московского во Вселенском Православии после падения в 1453 году Константинополя. Уже Великий Князь Иоанн Васильевич Третий воспринимался как преемник Византийский Императоров, о Москве как о Новом Риме заговорили деятели Православного Востока.
При Царе Иоанне Васильевиче Грозном, после признания Его Царского титула Восточными Патриархами в начале 1560-х годов, эта идея нашла свое выражения практически. По воле Царя Феодора Иоанновича Собором Русских и Греческих Архипастырей на Руси было утверждено Патриаршество и достоинство Русской Православной Церкви как Поместной. Все Русские Патриархи также поставлялись по воле Царей. Некоторое умаление Царского достоинства в Церковном управлении произошло в пору Патриаршества Никона, но, в конце концов, эти папоцезаристские идеи были отвергнуты Православной Государственностью.
Церковные реформы, проводившиеся Царем Петром Алексеевичем, проходили в русле древнерусских традиций. Как Уставы Церковные утверждались Велики Князьями, а решения Стоглавого Собора Царем Иоанном, Соборное Уложение 1649 года Царем Алексеем, так и Церковный Регламент в начале XVIII века утверждался Императором Петром Великим.
 В акте о престолонаследии, составленном Цесаревичем Павлом Петровичем ещё в 1788 году и утвержденном в день Священного Коронования 5 Апреля 1797 года, содержится положение: «Государи Российские суть Главою Церкви». В Основных Законах Российской Империи это положение комментировалось так: «Император яко Христианский Государь, есть верховный защитник и хранитель догматов господствующей веры и блюститель правоверия и всякого в Церкви Святой благочиния. (…) В сем смысле Император в акте о наследии престола (1797 апр. 5) именуется Главою Церкви».
  
  

Основные Законы Российской Империи
   (http://civil.consultant.ru/code/)

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

   О вере

   62. Первенствующая и господствующая в Российской Империи вера есть Христианская Православная Кафолическая Восточного Исповедания.
   63. Император, Престолом Всероссийским обладающий, не может исповедывать никакой иной веры, кроме Православной (ст. 62).
   64. Император, яко Христианский Государь, есть верховный защитник и хранитель догматов господствующей веры, и блюститель правоверия и всякого в Церкви святой благочиния.
   В сем смысле Император, в акте о наследии Престола 1797 Апр. 5 (17910) именуется Главою Церкви.
   65. В Управлении Церковном Самодержавная Власть действует посредством Святейшего Правительствующего Синода, Ею учрежденного.
   66. Все не принадлежащие к господствующей Церкви подданные Российского Государства, природные (а) и в подданство принятые (б), также иностранцы, состоящие в Российской службе, или временно в России пребывающие (в), пользуются каждый повсеместно свободным отправлением их веры и богослужения по обрядам оной.
   67. Свобода веры присвояется не токмо Христианам иностранных исповеданий, но и Евреям, Магометанам и язычникам (а): да все народы, в России пребывающие, славят Бога всемогущаго разными языками по закону и исповеданию праотцев своих, благословляя царствование Российских Монархов, и моля Творца вселенной об умножении благоденствия и укреплении силы Империи (б).
   68. Дела церковные Христиан иностранных исповеданий и иноверцев в Империи Российской ведаются их духовными властями и особенными правительствами, Верховною Властию к сему предназначенными.
   Примечание. Правила охранения веротерпимости и пределы ее подробно означены в Уставах по принадлежности.
  

Василий БОЙКО-ВЕЛИКИЙ,
   президент Русского культурно-просветительного
   фонда имени Святого Василия Великого


Источник «Русский Вестник»
http://www.rv.ru/content.php3?id=9093