«Русская Гефсимания» 1881-2005 гг.

 

 В мае 1881 года, во время пребывания в Иерусалиме Великих Князей Сергия и Павла Александровичей и Константина Константиновича, архимандрит Антонин подал идею будущему Председателю Палестинского Общества возвести храм в память об его упокоенной матери императрице Марии Александровне (1824-1880). Осенью 1882 года указанное архимандритом Антонином место в верхней части Гефсиманского Сада у подножия Елеонской горы, после многих сложностей, было приобретено и записано на имя генерального консула В.Ф. Кожевникова. Для подготовки и решений организационного характера строительства храма два года спустя в Иерусалим направляется В. Н. Хитрово.


«В.Н. Хитрово командирован, с соизволения Государя Императора, в Иерусалим для вступления в переговоры с городским архитектором К. Шикком о постройке церкви на приобретенном на средства Его Величества и нас, Его братьев, месте на Елеонской горе...
Вполне уверен, что Вы, в личное Мое одолжение, не откажете в Вашем преосвященном содействии в этом деле и примите на себя главное руководство...» (Из Рескрипта Председателя ППО Вел.Кн. Сергия Александровича на имя Начальника РДМ в Иерусалиме архимандрита Антонина, СПБ 2 октября 1884 г.)
 В июне 1885 года архимандрит Антонин сообщает В.Н. Хитрово : «Спешу уведомить Вас, что препровожденные Православным Палестинским Обществом ко мне планы будущей Русской Гефсиманской Церкви – в числе пяти листов рисунков – мною получены...».
 Автором проекта храма был архитектор Давид Иванович Гримм. При внешних работах под будущий храм летом и осенью 1885 года были раскопаны древние могилы, высеченные по еврейскому обычаю в скале в форме квадратной комнаты с гробовыми нишами, а в одной из них в сентябре обнаружили 1116 серебряных монет времени крестоносцев: на одной стороне монет - изображение креста и надписи BALDUINUS REX и c обратной стороны - городской башни и надписи DE JERUSALEM . В разное время раскопаны кувшинчики и архаической формы горшки.      Надпись в день закладки храма 21 января 1885 года гласит: «Сей священный храм во имя святой равноапостольной Марии Магдалины заложен по воле Благочестивейшего Государя Императора Александра Александровича и Августейших Его Братьев Великих Князей Владимира, Алексея, Сергия и Павла Александровичей в память в Бозе почившей Родительницы Их Благочестивейшей Государыни Императрицы Марии Александровны»

 

Строительство, под наблюдением архимандрита Антонина, поручается молодому левантийскому католику Георгию Франгья, и консул Д.Н. Бухаров 28 мая 1886 года сообщает Секретарю ППО М.П. Степанову, что: «Вчера получил телеграмму о высылке денег на храм в Гефсимании. Спасибо Вам за это... На чудном месте воздвигается памятник, достойный царской семьи и славы России».
Иконостас был изготовлен из белого мрамора с темной бронзой, иконы для него написал В.П. Верещагин (не путать с более знаменитым Василием Васильевичем Верещагиным). Мраморная колонна, на которой укреплен Св. Престол, была найдена непосредственно на «Русских Раскопках» (ныне Александровское подворье) вблизи храма Воскресения Христова. Высота церкви 28 аршин.

«В заведениях наших, где нет никакой пленяющей воображение и сердце святыни, будет полутораста пудовый (с небольшим) колокол... а в Гефсимании, где будет из века в век оглашаться память великой Боголюбицы и благотворительницы Св. Земли, чтобы пикал аршинный колокол – не моги сего быть! Я, от имени всех грядущих поколений поклоннических, припадаю к Августейшим стопам Его Высочества Государя, Вел. Кн. Сергия Александровича со всенижайшею просьбой заказать большой Гефсиманский колокол в сажень в диаметре...» - взывал в своем письме от 12 июля 1886 г. к М.П. Степанову архимандрит Антонин.
Постройка храма длилась три года и обошлась не в 100.000 рублей, как предполагалось, а в сумму в два раза больше. Архимандрит Антонин, к мнению которого Великий Князь Сергий не только прислушивался, но и глубоко ценил, сообщает 10 июня 1888 года помощнику Председателя и Секретарю ППО М.П. Степанову:
« ...с таким усердием и, прибавлю, - успехом осуществивший мое желание видеть церковь Св. Равноапостольной Марии Магдалины украшенною изображениями, относящимися к главнейшим моментам ее жизни... поручил мне сделать мемуарец о других моих возможных желаниях, которые он также, по мере возможности, обещает исполнить.
(...)
3) Припоминая уже высказанное мною Вами желание иметь при Обетной церкви в Бозе почившей Государыни коллекцию портретов Ея – от Ея детства до дня преставления в обители небесные, я, естественно, при сем благоприятном случае возвращаюсь к нему с большею настойчивостию. Преимущественно желательны фотографии. Но не мешало бы иметь и бюст Высокой покойницы...
4) У Ея И. Высочества блаженной памяти, конечно, была и собственная библиотека, бывшая предметом Ея Высокого внимания... И из нее можно б было уделить что-нибудь месту, Ей посвященному.
 5) Думаю, что нашлось бы еще немало предметов домашнего употребления Приснопамятной Монархини, как то письменного стола, божницы, мебели, туалета...
 Вкратце: желательно было бы оставить маленький «Царицын музей» при Ея храме, для чего могла бы послужить угловая северо-западная комната, предназначаемая теперь для хранения богослужебных книг церкви, разных приношений поклоннических, найденных на месте древностей и всякого рода редкостей...
Само собою разумеется, что первое место в Мариинском Музее должен занимать автограф или даже целая тетрадь, писанная труженическою рукою...».

В этот же день архимандрит Антонин для увековечения памяти Марии Александровны записывает:

      «Для памяти.
      В память вечную будет праведник.

1) Присвоить Русской церкви Cв. Марии Магдалины в Иерусалиме имя Обетной, Мариинской, Гефсиманской.
2) Прикупить – coute que coute – мусульманский дом Дэнафа с двором его и службами, совершенно некстати врезавшийся в нашу Гефсиманскую территорию, и, купивши, обратить его – с малою переделкою – в квартиры двух-трех лиц, необходимо требующихся для места , как то: пономаря-псаломщика, смотрителя-чичероне, сторожа-садовника.
3) ...память дорогой и прекрасной личности усопшей Государыни, десятка тысяч франков на приличное ограждение со всех сторон...
4) Для симметрии, требуемой тонким архитектурным вкусом, надстроить и на северо-западном углу притвора Гефсиманской Церкви такую же колоколенку-башню , какая красуется на юго-западном углу его, и поставить в ней... «часы с курантами», которые играли бы в определенные промежутки времени пьесы: Боже, царя храни, Коль славен, Архангельский глас, Апостоли от конец, К Тебе Утренюю... Со святыми упокой и Вечная память.

5) А на существующей уже колокольне уступить общему здесь желанию русских – повесить большой колокол в 200-250 пудов...
6) Держать Высоким Владельцам места на нем их собственный флаг , который прикрывал бы собою в полной нерушимости и неприкосновенности Их собственность.
7) Образовать при Гефсиманской Церкви Музей – из предметов, имевших какую-нибудь близость и прикосновенность к блаженной памяти Государыне...
8) Устроить кругом Церкви Св. Марии Магдалины и по всему пространству нашей Гефсиманской территории сад , разведши в нем, по способности, и наши северные и тропические растения... виноград наилучших сортов...
9) Дни 22 Мая и 27 Июля сделать на вечные времена днями памяти и заупокойной службы и милостынных выдач бедным и убогим Иерусалима без различия их народности и вероисповедных особенностей, а 22 Июля – в храмовый праздник Церкви... с раздачею... христианскому населению Иерусалима, после обедни, хлеба и вина...».
Не обошлось и без сложностей, и напряженных отношений между участниками и наблюдающими за строительными работами. «Письмо... очень огорчило Великого Князя, оно доказывает, что существовавшие добрые отношения Ваши с о.Архимандритом рушились... ссора Консула с Архимандритом прямо в руку нашим врагам! Его Высочество действительно просил Вас следить за работами и сообщать об их успехе, но не как лицо, поставленное в этом деле над Архимандритом, а как доверительное; Великий Князь Вам лично говорил, что постройка всего поручена о.Антонину, Вас же только просил следить... была всегда убедительнейшая просьба: щадить самолюбие Антонина и не осокорблять его... надо отдать справедливость о.Антонину, что если он и задумывал отступления от плана, то обо всех своих соображениях он подробно писал и испрашивал разрешения...». (Секретарь ППО М. П. Степанов Консулу в Иерусалиме Д.Н. Бухарову, СПБ 14 февраля 1887 г.)

Для торжественного освящения храма в Иерусалим направляются Великий Князь Сергий Александрович с супругой Великой Княгиней Елисаветой Федоровной в сопровождении Великого Князя Павла Александровича. Перед отъездом Вел. Кн. Сергий подает Рескрипт на имя Обер-Прокурора Св. Синода К.П. Победоносцева:
 « ...считаю своим долгом представить к наградам нескольких лиц, принимавших участие как в постройке... храма (Марии Магдалины), так и в деятельности Православного Палестинского Общества в Св. Земле. (...)

 1) ...о.Архимандриту Антонину, главным образом обязана церковь Св. Марии Магдалины своим существованием. Идея сооружения церкви в память почившей Императрицы, выбор для места, покупка его и постройка церкви всецело принадлежит о. Архимандриту...».
29 сентября 1888 года в семь часов утра на крейсере добровольного флота «Кострома» Великие Князья и находящиеся в их свите фрейлины Е.С. Озерова и Е.Н. Козлянинова, полковники граф Стенбок, Степанов и флигель-адъютант Озеров, капитан Гартонг, доктор Форбрихер, художники Александровский и Волков прибыли в Яффу.

 

« ...30 сентября, в 4 часа дня, Их Высочества направились в новопостроенный храм св. Марии Магдалины, близ Гефсимании. В дверях храма Патриарх, одетый в мантию, епитрахиль и омофор, встретил Великих Князей и Великую Княгиню с крестом и св. водою, и ввел Их в церковь на приготовленное для Их Высочеств место на левом клиросе... На следующий день, 1-го октября, Их Императорские Высочества изволили прибыть в церковь св. равноапостольной Марии Магдалины к 7 с половиной часам утра. Великие Князья и Их свита были в парадной форме. По пути следования Их Высочеств, от дома русского консульства до церкви, стояли турецкие солдаты; конный конвой следовал за экипажем Великих Князей и Великой Княгини, а у ворот церковной ограды стоял почетный караул с музыкой, которая, при приближении Их Высочеств, заиграла русский гимн... на площадке, против храма, были выстроены матросы, в числе 90 человек, с клипера «Забияка» и крейсера «Кострома», с офицерами на правом фланге. На той же площадке собрались приглашенные: губернатор Иерусалима, Реуф-паша, комендант Иерусалима, греческий консул, русское консульство и с лишком 150-человек русских паломников... Их Высочества поднялись по лестнице в церковь, в дверях которой были встречены Блаженнейшим Никодимом с двумя архиереями и нашей Духовною Миссиею в облачении. Когда Их Высочества вступили в церковь, Патриарх поднял с аналоя св. мощи, после чего начался крестный ход... После третьего обхода врата растворились, и духовенство, а за ним и Их высочества вступили в храм. Началось освящение по чину... При положении св. мощей в ковчег, Патриарх троекратно провозгласил вечную память Императрице Марии Александровне...» (Правительственный Вестник, СПБ, 27.10.1888 г.)

Храм красовался как жемчужина в Гефсиманском Саду, был «притчей во языцех» как православных так и инославных, но уже в довольно скором времени понадобились ремонты.
«Купола церкви Св. Марии Магдалины требуют основательного ремонта, может быть, и сама церковь требует каких-либо исправлений. Ввиду сего для представления Августейшему Председателю Общества необходимо Вам... составленную на оные смету препроводить в Канцелярию Общества»
(Выписка из письма В. Н. Хитрово Начальнику РДМ в Иерусалиме архимандриту Александру, Иерусалим 10 ноября 1899 г.)

 

Начальнику РДМ о.Александру 10 июля 1901 г. (за №760) М. Степанов писал:
«За последнее время на имя Его Императорского Высочества Августейшего Председателя Православного Палестинского Общества стали поступать довольно часто от русских паломниц просьбы о разрешении им поселиться в ограде церкви Св. Марии Магдалины на Елеонской горе. Безспорно возникновение на ней второй Горненской общины крайне нежелательно...»
Обер-Прокурор Св. Синода К.П. Победоносцев сообщил Вел. Кн. Сергию Александровичу, что Св. Синод, определением от 20 мая 1902 года постановил и преподал Начальнику РДМ в Иерусалиме Инструкцию о том, что постоянному попечению Начальника Миссии вверяются все участки, приобретенные архимандритом Антонином, а также переданные ИППО в заведывание Духовной Миссии, в том числе и участок на Елеонской горе с храмом Св. Марии Магдалины.1(Заведывание, как позже будет указано об этой форме попечения во всех документах, обозначало исключительно духовное окормление, еженедельное богослужение, благоустройство Гефсиманского сада и исполнение решений Правления ИППО.)

 

Сыновья и близкие Императрицы Марии Александровны желали, чтоб сей русский храм во всей своей красоте, как бессмертный памятник, как рай на земле, свидетельствовал о их вечной любви и благодарности к упокоенной родительнице.
Столь же великим было их желание, чтоб церковь в Гефсиманском саду утопала в цветах и растениях, а скончавшие свой жизненный путь в Святой Земле могли обрести последнее пристанище в этом «раю». Ближайшие сотрудники Великого Князя Сергия Александровича и Великой Княгини Елисаветы по Императорскому Православному Палестинскому Обществу, по Их мысли и волеизъявлению, излагали такие чаяния письменно и, таким образом, увековечили сии пожелания.
Секретарь ИППО В.Н. Хитрово в письме от 29 января 1903 года к доктору русской больницы в Иерусалиме В.Я. Северину, которому временно была поручена опека над храмом Марии Магдалины, указывал:
« ...Итак участок за церковью, обозначенный А-А, желательно исключительно засадить кипарисами, так что образуется со временем кипарисовая роща. Конечно, предположенные дорожки, если теперь и не будем делать, не следует делать, я стою за эту кипарисовую рощу, ибо на ее зеленом фоне будет хорошо выглядеть церковь. Направо от этой рощи по уступам, начиная с верхнего, нам нужно устроить до 180 гробниц, и это прежде всего, хотя очевидно не в один, а в три ряда, в каждый по 60. Предполагая, как видно из прилагаемого рисунка, каждую могилу в два метра длины и в один метр ширины, и такое же расстояние между каждой могилой, до верхней терассы Б-Б, поместятся 27 могил; на второй террасе В-В – 37 могил; на третьей террасе Г-Г в первом ряду 39 и во втором столько же, всего 180 могил. Все эти размеры, как отдельных могил, так и расстояние между ними и общее количество, конечно, нужно проверить на месте, а также, во что может обойтись каждая такая могила, по прилагаемому рисунку...
Теперь, глубокоуважаемый Виктор Яковлевич, должен я объяснить самую систему погребения. Теперь у нас на подворье умирает ежегодно до 60-ти человек; значит 180 могил хватит на 3 года; первого покойника кладут в первую могилу... и т.д. Когда все 180 будут заняты, или точнее через три года со дня смерти первого покойника, оставшиеся его кости... вынимают, обмывают в вине и масле и складывают в особую усыпальницу под церковью Святой Марии Магдалины, причем черепа, на которых должно быть написано имя, отчество, фамилия и день и год его смерти2... Теперь перейду к другим могилам, не простонародным. Скалу за церковью Марии Магдалины следует обтесать гладко и прямо, в этой стене придется устроить в два ряда или три, сколько поместятся, могил, высеченных в скале подобно древнеиудейским и так называемым печным устьям, т.е. они должны быть в отверстии четырехугольными и идти внутрь скалы примерно на 2 или 2,05 метра. В нее будет вставляться гроб и закладываться мраморной доской. Эти покойники, очевидно, трогаться не будут. Кроме того, желательно всю дорогу от ворот и до церкви обсадить с обеих сторон кипарисами, возможно чаще. От поворота Е и до домика засаженные деревья по обеим сторонам дороги до половины следует продолжить до конца таковыми же рода деревьями, как и первая половина. Всю остальную площадку, принимая, однако же, в соображение предположенные дорожки, можно засадить елико возможно гуще маслинами, эвкалиптами, рожковыми и другими деревьями. Забыл сказать, что вдоль могил простонародных следует посадить кипарисы. (...)
Вот Вам мой совет относительно Гефсиманского места. Если бы меня не стало, представьте это в Совет Общества. Я убежден, что оно это исполнит...».
Начальник РДМ в Иерусалиме архимандрит Александр помощнику Председателя ИППО М.П. Степанову, Иерусалим 30 апреля 1903 г.:
«... взором обнял я весь Гефсиманский участок и нашел в нем все в благополучном порядке. Множество возвышенностей кругом храма и выше храма выровнено. Везде посажены молодые деревца, цветы и устроены правильные дорожки...»

Мировая война и революция оставили «тяжелый след» в истории храма Марии Магдалины и Гефсиманского Сада. Над ними, как и над всеми владениями Императорского Православного Палестинского Общества, все сильнее стали сгущаться тучи «контроллеров, опекунов, покровителей и собственников».
«Так вот и, никакого «контроля» Совет Пал(естинского) Об(щест)ва не признает, ибо иначе он должен себя упразднить как безсильного осуществлять Устав. Устав же говорит о самостоятельном Обществе, а не о компании милых людей, подчинившихся желанию и ничем не обоснованному требованию М(итрополита) Евлогия.
2). Миссия не получит ни гроша, если немедленно не будет ей приказано совершить закладную.
3). Миссия обязана включить в закладную все суммы, потраченные Об(щест)вом на ея поддержания...». (Письмо кн. А.А. Ширинского-Шихматова к Н.Р. Селезневу от 7/20 ноября 1923 г.)
«Считаю, что все вопросы, связанные с соприкосновением к церковным организациям нашего Об(щест)ва подлежат суждению Архиерейского Синода и его представителя – Митрополита Антония, с которым все сношения должны происходить от Совета. Митрополиту Евлогию дано было от Собора поручение определенного свойства не дающего ни малейшего повода к вмешательству в текущие события жизни наших учреждений». (Письмо кн. А.А. Ширинского-Шихматова к Н.Р. Селезневу от 19 дек. 1923 г.)
Вскоре после освящения храма РДМ у Дуба Мамврийского в Хевроне 12 икон3 были изъяты Наблюдающим за РДМ в Иерусалиме архиепископом Анастасием (Грибановским) с западной стены храма Св. Марии Магдалины и перевезены в новоосвященный.

11 мая 1932 года возвращаясь из командировки из Лондона в Индию, в город Пуна (Роопа), где ею был основан молитвенно-миссионерский центр, на поклонение святыням Иерусалима заехала англиканская монахиня Варвара Марион Робинсон.4
РДМ сдавала в аренду в это время верхний домик о.Антонина (Капустина) в Гефсиманском Саду некоей англичанке. Уезжая на три месяца эта женщина пересдала домик Варваре Марион Робинсон и ее подруге англиканской монахине Катрин Францис Спрот. Русские монахини тихо недоумевали от столь близкого соседства сестер в голубом головном покрывале с изображением на повязке Христа Младенца на руках, но начальству не перечили. После возвращения англичанки обе подруги сняли в аренду нижний дом в Гефсиманском Саду, построенный в 1892 году в память В.К. Александры Георгиевны и В.К. Константина Николаевича. Архиепископ Анастасий разрешает им устроить в гостинной свою англиканскую молельню.
По истечении некоторого времени в г. Дамаске Варвара Мария Робинсон принимает православие. По благословению архиепископа Анастасия (Грибановского) на ее личные средства5 восстанавливает подворье Миссии в Вифании, устраивает там в декабре 1933 года часовню. Открывает клинику-амбулаторию и организовывает, как светское учреждение, зарегистрированное у губернатора, Общину с тремя директорами: Марией Робинсон, Марфой Спрот и Варварой Цветковой. В этом же году архиепископ Анастасий назначает ее от имени РДМ Заведующей храмом и Гефсиманским Садом и присматривающей за гробницей Вел. Кн. Елисаветы Федоровны. Сильно нуждавшейся в деньгах РДМ М.Робинсон исправно платит арендную плату в размере 40 английских фунтов за пребывание в Гефсиманских владениях ППО незначительного количества сестер ее Общины. Понимая, что Миссия находится в особо тяжелых финансовых затруднениях и, чтобы таким образом пополнить ее кассу, Общество терпит и пытается «не замечать» оплату не по назначению, но заключает с м.Марией лично, как с частным лицом, арендный договор вне всякой правовой связи с РДМ, на часть имуществ ППО в Гефсиманском Саду.
В августе 1934 г. архиепископ Анастасий постригает ее в храме Марии Магдалины в мантию, а в марте 1935 г. Архиерейский Синод РПЦЗ назначает настоятельницей Вифанской Общины Воскресения Христова, что вызвало негативную и резкую реакцию со стороны Иерусалимской Патриархии.
 «Внимание Священного Синода было обращено на документ, исходящий от Иерусалимского Губернатора от 9 августа 1937 г. стр.2, в силу которого, согласно прошению, женский монастырь Воскресения Христова в Вифании признается полноправным учреждением в соответствии с Оттоманским законом об общинах. Сей Акт, совершенный вне всякого сомнения с ведома и согласия как Русской Миссии, в нашей стране отделением которой является вышеуказанное учреждение, так и Наблюдающего за нею высокопреосвященного Архиепископа Анастасия, вызвал, и справедливо, негодование Священного Синода нашей Патриархии, в юрисдикции которой состоит и живет названное учреждение... Мы добавляем, что Вы оба несете тяжкую ответственность в отношении нашей Патриархии в связи с вышеуказанными неправильными деяниями, противными существующему справедливому и законному порядку...». (Местоблюститель Иерусалимской Патриархии Келадион, Митрополит Птолемаидский к Начальнику РДМ архимандриту Антонию (Синькевичу), Иерусалим 20 августа 1937 г.)

Бурная деятельность и дружеские отношения м.Марии с английскими мандатными властями еще более сплотили ее в общих целях и идеях с новоизбранным Первоерархом РПЦЗ митрополитом Анастасием и в сентябре 1936 г., в русской церкви г.Белграда, он возводит ее в сан игумении. Без ведома Общества, английского Администратора и «молчаливого попустительства» Начальника Миссии игуменья Мария самовольно возводит в Гефиманском Саду четыре бетонных домика. Протесты и угрозы не возымели своего действия, и ППО было вынуждено требовать удаления Общины с территории его имуществ. Мандатный Администратор Э.Кис-Роуч гораздо лучше воспринимал «английский язык» м.Марии и всецелую поддержку ее со стороны митрополита Анастасия и Архиерейского Синода, нежели требования Совета ППО в Париже, а тем более Управления Подворьями в Иерусалиме. Единственным возможным урегулированием создавшегося положения он «предлагает» заключение письменного Договора о правах и обязанностях, но не желал выселения Общины. Руководствуясь полной поддержкой и указаниями Архиерейского Синода игуменья Мария излагает Администратору «свою» точку зрения о владетельных правах Гефсиманских построек.

 « Вифанская Община Воскресения Христова
      P . O . B . 977
      Иерусалим Палестина
      28 го января 1939 г.
      По делу Гефсиманского Сада (Русского).
      Дорогой г-н Кис-Роуч,
Я просила Вашего любезного разрешения направить Вам информацию, которую я смогла раздобыть из переписки между Штаб-квартирой Русского Палестинского Общества в Петрограде, возглавляемого Великим Князем Сергием, и Начальниками Русской Миссии в отношении управления этого святого места.
1. Как мы видим, имущество было приобретено в 1882 году (преобретено в 1881 году. Прим. наше), фактически за год до создания Палестинского Общества, а после его создания управляющий здесь в процессе всей переписки называется «Управляющий Русских Имуществ в Иерусалиме». Место было куплено русским императором Александром III при содействии турецкого Султана через Русского Посла в Константинополе. Однако человек, который фактически осуществил это приобретение, был русский архимандрит, Начальник Русской Миссии Антоний, и он купил у отца теперешнего шейха Хассана, владельца этого имущества. Я встретилась с шейхом Хассаном и он обещал мне после праздника Байрана раздобыть копию Кушанов в Духовном Суде, где они находятся.
2. Вся переписка, касающаяся этого имущества, адресована лично архимандриту Антонию, однако иногда через Палестинское Общество.
3. Вскоре после приобретения участка началась постройка Церкви. Все управление, связанное с этой постройкой было передано архимандриту, а когда русский консул хотел взять все в свои руки, ему это запретили и направили письмо русскому архимандриту, в котором подчеркивалось, что весь контроль находится в его руках.
Как уже было сказано, когда земля была приобретена, Палестинское Общество еще не существовало, однако после его учреждения, в них мы видим только помощников и советников.
Первые письма были написаны учителем Великого Князя Сергия, поскольку он был еще очень юным.6
После завершения постройки Церкви, к Архимандриту вновь обратились с просьбой взять на себя всю ответственность, и все украшения и церковные подарки были посланы ему на его имя через Палестинское Общество. Так что несмотря на существование Палестинского Общества, мы видим его компетенции как помощника архимандрита.
Озеленение Сада и Цветы
 Вся ответственность возлагается всецело на Архимандрита.Устройство живописного кладбища.
 Это возлагается на Архимандрита с настоятельной просьбой, приложить все силы, чтобы было красиво и призывают его создать вспомогательный комитет, одним из членов которого должен быть Управляющий Русских Имуществ, которого уполномочили оказывать всевозможную поддержку Архимандриту в денежном или ином отношении.
Несмотря на то, что здание было построено Палестинским Обществом, оно совместно с планами тут же было передано под управление Русской Миссии.
Все эти факты могут быть проверены при помощи существующих писем, и в первую очередь есть различные письма, в которых высказывается необходимость ежегодной посадки деревьев, озеленения, устройства цветочных газонов, но весь контроль над проведением работ осуществляется Русской Миссией, однако у Палестинского Общества просят о предоставлении садовников и выдачи годовой суммы для растений и деревьев.
Это очень коротко, дорогой Кис-Роуч, но я думаю, что если Вы в этом заинтересованы, то было бы лучше Вам ознакомиться с письмами, которые кто-нибудь сможет Вам перевести.
С наилучшими пожеланиями и глубоким извинением за беспокойство. С особенным уважением
      Игуменья Мария»


23 мая 1939 года прибывший из Белграда для урегулирования создавшегося положения митрополит Анастасий и представители ППО Н.М. Котляревский и С.С. Набоков посетили Администратора над Русским имуществом в Святой Земле Э. Кис-Роуча, который сделал следующее заявление:
 «РДМ и ППО должны управляться на основании «Указа о Палестине»7 от 1924 года, принятом в Королевском Совете в Букингемском дворце... Решение Верховного Комиссара в Палестине представляется окончательным и обязательным для Русских учреждений, на основании «Закона 1925 г. об управлении русскими имуществами»... Ознакомившись с Уставом Общества, я выяснил, что, создавая ППО, Его Величество Российский Император имел в виду, что целью этого Общества являлась поддержка православной церкви во Св. Земле. Однако, как дело понимает ныне его представитель в Палестине г. Антипов, выходит, что Общество не создано для помощи церкви вообще, а если оказывает помощь, то только путем займов, которые в нынешней обстановке никогда не могут быть возмещены. Считаю, что взаимоотношения этих двух русских учреждений, какими они представляются в нынешнее время, не могут продолжаться. Оба Русских учреждения должны работать параллельно, во взаимном согласии, а не работать одно против другого... Я согласен, с г. Котляревским, что имущества этих учреждений должны быть строго разграничены».8
Три дня спустя в помещении РДМ в присутствии Э.Кис-Роуча, его секретаря г.Маррума и С.С. Набокова митрополит Анастасий, архимандрит Антоний (Синькевич) и делегат от Совета ППО Н.М. Котляревский подписали Предварительное Соглашение, где в первом пункте сказано, что:
«Гефсиманский участок с находящимися на нем шестью постройками и храмом Св.Марии Магдалины, за исключением маленького домика, выстроенного архимандритом Антонином на самой верхней террассе над кладбищем, Русская Духовная Миссия в Иерусалиме признает собственностью Православного Палестинского Общества, сохраняя за собою установленное до войны заведывание теми же имуществами, с производством, однако, всего необходимого ремонта сих имуществ самим Обществом. В видах надлежащей охраны прав и интересов Православного Палестинского Общества, она, Русская Духовная Миссия имеет на будущее время препровождать для контрасигнирования Представителю Палестинского Общества все акты, заключаемые ею при посредстве Администратора над Русскими имуществами... затрагивающие право собственности, а один экземпляр каждого из таковых актов доставлять в распоряжение того же Управления подворьями Православного Палестинского Общества в Иерусалиме».9

 

Подписывать арендный Договор как частное лицо, использующее для личного пользования означенные имущества, игуменья Мария больше не желала. Она утверждала, что без указа митрополита Анастасия и Архиерейского Синода она не вправе заключать Договор. На требования ППО Начальник Миссии архимандрит Антоний (Синькевич) утверждал, в устной форме, что игуменья Мария вместе с Вифанской Общиной является неотъемлемой частью РДМ и потому заключение контракта на то же имущество уже не требуется.

Вторая Мировая война вносит свои «неизвестность и бесправие». Связь с Советом в Париже прерывается на пять лет. Последнее письмо от четвертого Председателя Общества С.Д. Боткина гласит:
«Та же необходимость существует и по отношению к высшим возглавителям Дух(овной) Миссии, но эта задача пожалуй еще труднее, ибо требования их незаконны и невыполнимы, но приходится искать и тут приемлемого для Общества выхода...» (С.Д. Боткин к В.К. Антипову, С. Бриак, 6 июня 1940)
 22 сентября 1940 г. состоялось очередное заседание Совета ППО, которое довело до сведения английского Администратора, что:
 «1. что Игумения Мария Робинсон с октября месяца 1939 г. в течении целого года пользовалась имуществом Общества без контракта,
 2. что заверения Миссии, данные ею Н.М. Котляревскому о заключении контракта с Игуменией Марией, с октября 1939 года в отношении новых построек остались и остаются до сего времени неисполненными.
       (...)
 4. что Начальник Миссии своевольно поселил так называемую общину Игумении Марии Робинсон, являющуюся в действительности светским Обществом Палестинского подданства под видом общины, без ведома и согласия на то от Православного Палестинского Общества и, уклоняясь от заключения контракта с Ея Высокопреподобием, очевидно имеет в виду сохранить это положение за Игуменией Марией, не взирая ни на какие ущербы от сего для ППО,
 5. что такое поселение представляется в действительности захватом имущества Общества Игуменией Марией Робинсон при содействии Русской Духовной Миссии,
 6. что стремление к захвату означенного имущества Миссией было явно обнаружено ею в претензиях на оное Митрополита Анастасия, заявленных Его Высокопреосвященством в мае 1939 г. Н.М. Котляревскому при обсуждении соглашения с Обществом...

      Постановили:

 ... в видах охраны прав Общества в данном случае, сделать формальное письменное заявление в виде протеста Русской Духовной Миссии против описанных выше ее действий, объяснив при этом, что Управление подворьями не может допустить дальнейшего пребывания общины Игумении Марии Робинсон, и предложить Миссии возстановить прежний порядок пользования упомянутым выше имуществом Общества, исключающий поселение на оном общин...».10
 После установления английским правительством Администрации над Русскими имуществами, фактическое и юридическое заведывание таковыми перешло к Администратору. Начальник Миссии архимандрит Антоний (Синькевич) составляет «свой» контракт на аренду, ущемляющий права собственника и, заведомо зная, что такой контракт не может быть контрасигнирован Представителем Общества, в обход Соглашению 1939 года, направляет его лично английскому Администратору.
 Принимая во внимание, что Администратор, управляя Русскими недвижимостями на правах Попечителя, в каждом своем акте оговаривает, что он выступает от имени Общества или РДМ, в зависимости от того, кто из них является собственником, архимандрит Антоний, по всей вероятности, рассчитывал на следующее: Администратор, как Опекун, поставит две подписи – от имени Общества, как сдающий в аренду, и от имени РДМ, как снимающий в аренду. Противостояния растянулись на много лет.
 В 1945 году, после бесчисленных пререканий и недостигнутых результатов, Общество и РДМ общались уже посредством своих адвокатов. В августе 1946 г. английский Администратор на правах Опекуна Общества подписывает Договор с игуменьей Марией.
      Покидая в 1948 году Палестину, британский Верховный Комиссар издал Закон о «Дирекции Администраторов Имуществ ППО», согласно которому фактическое и юридическое управление всеми имуществами ППО с постоянною приемственностью принадлежит членам Общества. Первый состав Администраторов: Управляющий подворьями В. Антипов, члены Совета – С. Староскольский и А. Уахбе.

Бурная деятельность игуменьи Марии набирает размах. Она получает денежные пособия из «Мирового Совета Церквей», УНРУА, «Общества друзей Вифании», «Комитета Помощи Православным Учреждениям на Святой Земле», от друзей из Америки, епископа Мефодия и использует собственныя средства.
На запрос новоназначенного Начальника Миссии архимандрита Димитрия (Биакай) касательно пожертвований, переехавший в США, в Нью-Йорк, митрополит Анастасий отвечает:
«Что касается вопроса о принятии денежных пожертвований нашими монастырями от римо-католиков, то Архиерейский Синод, обсудив этот вопрос, не нашел оснований, по которым можно было бы отказываться от этих пожертвований... Само собой разумеется, что Елеонский монастырь и Гефсиманско-Вифанская община должны действовать вполне согласовано между собою». (Письмо митрополита Анастасия, Нью-Йорк, Апрель, год не указан, за № 1/20/13/50/422)
Синод переводит в 1956 году на ремонты храма Марии Магдалины от неизвестного жертводателя, которого никто никогда не увидит, имени его знать не будет, действующего через посредничество адвокатской конторы, ежемесячные значительные суммы. И вновь начинается самовластие игуменьи Марии.
 « ...зашел к игуменье Марии 1 мая 1957 г. Она приняла меня хорошо за чаем и зашел разговор о пекарне. Она сказала что чрезвычайные обстоятельства понудили ее строить без нашего ведома. Василий Константинович11 просит Вас покорно передать Игуменье Марии что в случае IV попытки своеволия в постройке в Гефсимании мы должны будем принимать неприятные меры. Гефсимания позволяет иметь при себе только Священнослужителя и певчих...». (Письмо Администратора, члена Совета А.Г. Уахбе Начальнику Миссии архим. Димитрию, Бет Жала, 2 мая 1957 г.)
 Пекарня продолжала работать, нужны были новые трудовые силы, а для них, соответственно, крыша над головой. В числе сестер Вифанской общины появляется рясофорная инокиня Евдокия Голицина, сестра князя В.Д. Голицина, члена ППО и члена «Комитета Помощи Православным Учреждениям в Святой Земле». Через нее и ее брата игуменья Мария пытается воздействовать на Совет в Париже.
 « ...о проекте постройки матерью Марией большого здания на участке Общества в Гефсимании. 9 июля н(ового) ст(иля) я отправил письмо князю со следующими моими возражениями против этого проекта: я не только всегда был против застройки, но и против сдачи в аренду... поселение общины вызовет необходимость в новых выгребных ямах, а их и без того уже довольно; Гефсиманский участок можно только украшать насаждениями деревьев и цветов, но никак не грязнить выгребными ямами эту Святыню... Вы и Оля12 правильно поступили, отказавшись принять проект на застройку... В свое время письмом от 1/14 февраля 1955 г. п(ункт) 4. я писал Вам о необходимости самых решительных мер против всяких попыток застройки участка...». (В.К. Антипов к А.Г. Уахбе, 28 июня/11 июля 1960 г.)
В 1962 году престарелый и больной Администратор и будущий Председатель ППО в Святой Земле, бывший флигель-адъютант Государя Императора Николая II генерал М.Г. Хрипунов просит у Архиерейского Синода (не из юридических, а человеческих и моральных соображений, чтоб не нарушать покой монахинь) право построить для себя и супруги маленький домик за кладбищем.
« ...Само по себе поселение в обители престарелой супружеской четы, не вызывает возражений с моей стороны... Но я вынужден решительно высказаться против сооружения нового, хотя и малого дома в Гефсиманском Саду. Этот Священный Сад, по воле Державных Ктиторов храма Cв. Марии Магдалины, должен был оставаться свободным от застройки жилыми зданиями. Там, насколько мне известно, не намечалось устройство обители или паломнического приюта.... Между тем, со времени утверждения там Вифанской Общины, Священный Сад обезображен рядом некрасивых бетонных построек, воздвигнутых как в нижней части участка, так и к северу от храма. В прошлом году начата и ныне продолжается М. Игуменией Марией постройка двухэтажного дома в нижнем секторе сада...». (Начальник Миссии архимандрит Димитрий Первоиерарху РПЦЗ митрополиту Анастасию, Иерусалим 11/24 июля 1962 г., архив РДМ)

 

Но Гефсиманский сад продолжал «исчезать и редеть», воля Августейших Строителей уже целиком и полностью была отдана в неволю, вершителем которой была игуменья Мария, получавшая исправно «высочайшее благословение». Письмо Начальника Миссии архимандрита Димитрия (Биакая) на имя Первоиерарха РПЦЗ митрополита Филарета не нуждается в комментариях:

 «Настоятельница Вифанской Общины, М(атушка) Игумения Мария, обратилась ко мне с просьбой благословить постройку небольшого 2-х этажного корпуса для жилья сестер в русском Гефсиманском Саду. Так как место для постройки избрано в самом центре Священного Сада, в непосредственной близости к храму св. Марии Магдалины, решение этого вопроса превосходит мои права и полномочия, и я смиреннейше представляю его на разрешение Вашего Высокопреосвященства.
Какими представляются мне положительные и отрицательные стороны дела, докладываю ниже.
      Отрицательные:
      1). Постройка предположена в 11,5 метрах от храма св. Марии Магдалины и на одной горизонтали с ним, что в какой то степени изменит фон храма. В настоящее время храм окружен деревьями, старыми соснами. Это создает впечатление именно «САДА» - рощи. Вероятно придется срезать 2-3 дерева и массив зелени с левой стороны храма поредеет, взамен его выступит новое здание.
      2). Расположение монашеских келлий вблизи храма, конечно нисколько не помешает совершению богослужения, хозяйственным заботам о храме и др. Но если бы /не дай, Боже/ наш новый корпус, при каких либо изменившихся обстоятельствах, был занят светскими насельниками, жизнь храма испытывала бы крайнее неудобство.
      3). Считалось, что застройка участка Гефсиманского Сада – создание там обители или паломнического приюта, была отклонена Державной Волею Августейших Ктиторов храма св. Марии Магдалины. Допущено было до 1914 г. лишь устройство кладбища на одной из частей участка, но с особыми о нем инструкциями Начальнику Миссии.
      Положительныя:
      1). Вифанская Обитель Воскресения Христова с 1935 года фактически пребывает в Гефсиманском Саду. Там сосредоточена вся духовная, церковно-молитвенная жизнь обители. Там ежедневное... богослужение... Для размещения сестер Игумения Мария должна была с 1935 года воздвигнуть несколько небольших построек, что делалось с благословения Церковной Власти. В недавнее же время был выстроен и 2 этажный дом для келлий сестер, в нижнем участке Сада. Дальнейшее развитие обители возможно только при наличии помещений для сестер и построение корпуса о котором идет речь, вызывается действительной необходимостью.
      2). Особенность местности - /Гефсиманский сад расположен на склоне Елеонской Горы/ затрудняет постройку в каком либо ином месте Священного Сада.
      3). Те же особенности местности чрезвычайно мешают слабым и больным сестрам посещать храм, если они живут выше или ниже храма...
      4). Всякая новая постройка на русском владении Миссии или Палестинского Общества, является действенным ограждением прав строителя на владение, что ныне для нас весьма важно ... (подчеркнуто нами – ППО)».13

Семидесятые годы оказались в отношении прав и закона - временем застоя для ППО. Преклонного возраста генерал М. Г. Хрипунов продолжал стареть. Скончалась игуменья Мария и на ее место Архиерейский Синод определил м.Варвару (Цветкову), ближайшего друга и сподвижницу упокоенной. Начальником Миссии назначается архимандрит Антоний (Граббе). Глубоко верующий и благоговейный генерал М.Г. Хрипунов соглашается на предложение Синода не только принять в члены ППО архимандрита Антония, но и избрать его Вице-Председателем. Да и других кандидатов в Святой Земле в это время не было. Чем больше силы покидали генерала, тем больше сил набирал архимандрит и благодаря его неоспариваемому труду и напору ППО переходит под временное попечение Архиерейского Синода РПЦЗ. Продолжается «политика быть или не быть» в отношении Гефсимании.
 «был вчера у м(атушки). иг(уменьи) В(арвары)14 с письмом моим, как «Председателя» П.П.О., осуждающим их самостоятельные действия по работам в Гефсимании ... Я раньше говорил как-то м(атушке) В(арваре), что я «председатель», собственно говоря, маргариновый (ЧТО в действительности и есть, по моему глубокому убеждению) и что вся суть сейчас у нас здесь в одном человеке: Начальник Дух(овной) Миссии, каковой и является хозяином Гефсимании, на что иг(умения) В(арвара) мне сказала, что она так и понимает и поэтому-де меня и не предупреждала, как какого-то «начальника», полагая, что здесь Начальник один (не предупреждала, я хочу сказать, о начале работ)... Я же, в сущности, в своем письме к ней главным образом напирал на мои «прерогативы председательския», что оказалось в пустую и вот почему я не очень настаивал на передаче ей моего письма, да она была и рада его не читать: «довольно у меня и без вашего письма всяких неприятностей» говорила она... Правильно вчера о.Иоас(аф)15 сказал мне, что «игуменская наша это какая-то автокефалия»... И кажется, что никакая сила не может здесь ничего сделать... но опять же мудрый о.Иоасаф вчера сказал мне, ЧТО у человеков невозможно, то у Бога вся возможна...».16

Находящийся в это время в Вашингтоне Начальник Мисии архимандрит Антоний (Граббе) пишет игуменье Варваре, что «необходимо составить смету и дать ее генералу.17 Это вопрос проформы, но важно, чтобы Совет ППО утвердил сумму расхода. В противном случае, если не откажутся уплатить, то во всяком случае могут возникнуть осложнения, а так бы хотелось, чтобы их не было. Ведь столько стоило помирить ППО с Миссией!»18

В 1986 году Архиерейский Синод и Русская Духовная Миссия в Иерусалиме подали иск в Арбитражный суд Тель-Авива. В одном из пунктов они утверждали, что «некоторые имущества ППО имея особо религиозный характер находятся полностью под властью Синода». Арбитражный суд длился десять лет и в 1996 году вынес постановление, где среди прочего сказано:
 « ...ППО является владельцем следующего имущества:

.. Церковь Марии Магдалины, включая все здания, кладбище и место, известное как Гефсиманский сад...
 РПЦЗ имеет право арендатора в Гефсиманской церкви...»

Весной 2005 года Вифанская Община самовольно начала очередную постройку, и как нам сообщили паломники, на сей раз гостевых комнат для проживания.

 

1Письмо Обер-прокурора К.П. Победоносцева от 22 июня 1902 № 15.658 (Справка Совета ИППО о церкви Св. Марии Магдалины, СПБ 10 июня 1914 г.
      2( Архим. Антоний, Архим. Димитрий, Описание владений, Архив РДМ в Иерусалиме): «В архиве Русской Духовной Миссии (потерянном в 1948 г.) хранилось распоряжение Святейшего Синода Начальнику Миссии, согласно которому разрешается вынимать из могил русского кладбища на Гефсиманском участке, согласно восточной практике (Афон), кости покойников и помещать их в приготовленную для этой цели усыпальницу под храмом. Это распоряжение было сделано по причине малой площади кладбища. Пока Русская Духовная Миссия не практиковала этого способа, но в будущем это будет неизбежно, в виду почти предельного заполнения кладбища могилами. В распоряжении Синода подчеркнуто, что кладбище на Гефсиманском участке устроено для русских. В действительности Миссия хоронит на нем не только русских, но и тех православных, которые были тем или иным образом тесно связаны с Миссией или ППО, напр. в качестве служащих....».
      3Список изъятых икон:
1). Святой Троицы
2). Рождества Пресвятой Богородицы
3). Введения во храм Пресвятыя Богородицы
4). Благовещения Пресвятой Богородицы
5). Рождества Христова
6). Сретения Господня
7). Крещения Господня
8). Преображения Господня
9). Вербнаго Воскресения
10). Вознесения Господня
11). Успения Божией Матери
12). Воздвижения Честнаго Животворящаго Креста
      4Дочь пресвитерианского священника д-ра Александра Уатта Робинсон и Марион Браун родилась 20 июля 1896 г. в г. Глазго, Шотландия. При крещении названа Варвара-Марион. В 1914 г. закончила колледж в г. Сент Энрюс, далее обучалась на разных курсах сестер милосердия. В 1919 г. вступила в Англиканскую Высшую Церковь и лондонским епископом д-ром Темпль конфирмована в церкви св. Павла. С 1926 по 1929 гг. состояла га государственной службе «Сошиел сервис» Лондонского Совета Морального наблюдения и охраны жещин и детей. В 1929 г. вступает в лондонскую монашескую Общину «Христа Спасителя Исцеляющего» и два года спустя принимает постриг в монашество по чину Высшей Англиканской Церкви. Прибыв паломницей в Иерусалим остается здесь навсегда. 5 сентября 1933 г. через таинство Св. Миропомазания в присутствии восприемника Патриарха Антиохийского Александра в Благовещенской Патриаршей церкви г. Дамаска присоединена к Православной Церкви с именем Мария. (Из послужного Списка Игумении Марии составленного 29.9.1961 г.)
      5Владела в г.Глазго вместе с другими членами семейства Робинсон несколькими домами.
      6В.К. Сергию Александровичу в это время было 25 лет.
      7Указ о Святых Местах принятый 25 июля 1924 г.
      8«Памятная записка» (за подписью Архимандрита Антония, Иерихон 21 мая 1951 )
      9«Предварительное Соглашение» Иерусалим, 26 мая/8 июня 1939 г.
      10Журнал №544 заседания Управления подворьями ППО в Иерусалиме.
      11В.К. Антипов – Администратор, Управляющий подворьями.
      12Ольга А. Уахбе, член Совета, позже Вице-Президент и Президент ППО, дочь Администратора А.Г. Уахбе.
      13Письмо Начальника Миссии архимандрита Димитрия (Биакай) митрополиту Филарету, Иерусалим 13/26 мая 1966 г. (Архив РДМ)
      14Игуменья Варвара (в миру Валентина Николаевна Цветкова). Родилась 2 января 1889 г. в семье директора банка Николая Алексеевича Цветкова и Лидии Александровны (урожд. Трубниковой). Когда Валентине исполнилось 16 лет она получила поздравительное письмо от Вел.Кн. Елисаветы Федоровны с вложенным в конверт фотопортретом и, как рассказывала Валентина, Великая Княгиня написала ей, что, когда человек вступает в сознательный возраст, ему дается путей жизненных много, но счастье обретается только в евангельской любви к Богу. В 1922 году вся ее семья была выслана в Германию, откуда через два месяца они переехали в Ниццу. В 1929 году прибыла в Иерусалим, где вскоре приняла рясофор и архиепископ Анастасий назначил ее заведывать Гефсиманским Садом. В 1934 году пострижена в мантию. Скончалась в возрасте 93 лет.
      15о.Иоасаф (Костельчук) – секретарь П.П.О.
      16Генерал М.Г. Хрипунов к архимандриту Антонию (1 июля 1970 г.)
      17Председатель ППО генерал М.Г. Хрипунов
      18Письмо архимандрита Антония (Граббе), 22 июня/5 июля 1970 г.

 

Источник: Сайт истинного Императорского Православного Палестинского Общества Иерусалим и Ближний Восток

medal2a.jpgmedal2a.jpg