В колониях участницам панк-группы Pussy Riot предстоит разгружать уголь и работать на швейном производстве

Осужденных за акцию в Храме Христа Спасителя участниц Pussy Riot Надежду Толоконникову и Марию Алехину этапировали в колонииОсужденных за акцию в Храме Христа Спасителя участниц Pussy Riot Надежду Толоконникову и Марию Алехину этапировали в колонии

 

Адвокатам девушек пока неизвестно, куда именно отправили их подзащитных. В то же время муж Надежды Толоконниковой Петр Верзилов со ссылкой на администрацию СИЗО № 6 сообщил «Газете.ру», что Мария Алехина будет отбывать тюремный срок в Мордовии, а Надежда Толоконникова отправлена в колонию в Пермском крае. «МН» спросили у экспертов, что ожидает девушек по прибытию в колонию.

Николай Полозов, адвокат Pussy Riot

Что касается того, в какие колонии отправились Толоконникова и Алехина, нам пока об этом не сообщили. Сегодня я был в следственном изоляторе, но там мне не предоставили никакой информации и сказали обратиться завтра в часы приема граждан. Так что какие-то новости появятся не раньше завтрашнего утра.

Отбывать наказание девушки будут в колонии общего режима. Особенность этих заведений в том, что в отличие от мужских колоний, для женщин существует только общий режим, а значит люди, попавшие в колонию впервые, могут отбывать наказание среди рецидивистов, что не способствует исправлению. В связи с этим есть серьезная опасность, что на Толоконникову и Алехину могут оказывать давление другие осужденные. Мы уже высказывали такие опасения раньше.

Другие заключенные могут оказывать на девушек давление не столько по просьбе тюремной администрации, сколько под влиянием оперативных сотрудников. Все эти методы существуют давно, система не менялась со времен ГУЛАГа. Безусловно, помимо неформальных способов давления, есть и дисциплинарные наказания. Тут все будет зависеть от решения администрации — будут ли они действовать по закону или же решат усложнять девушкам жизнь из каких-то политических соображений.

В зависимости от колонии заключенным могут разрешать звонить раз в неделю, раз в месяц, а иногда и реже

В течение двух недель наши подзащитные будут находиться в карантине, где мы не сможем с ними связаться. Но как только мы узнаем, куда этапировали девушек, мы будем определяться с датой нашего приезда. Мы обязательно продолжим с ними работать.

Светлана Бахмина, бывший юрист ЮКОСа, экс-заключенная исправительной колонии № 14 в Мордовии

Есть общие правила содержания для всех колоний, которые  диктуются Уголовно-исполнительным кодексом.  В кодексе установлено количество свиданий и порядок проведения переговоров, но все может зависеть и от технических возможностей каждой конкретной колонии. Например, заключенным положены телефонные звонки, но их количество не регламентировано. В зависимости от колонии заключенным могут разрешать звонить раз в неделю, раз в месяц, а  иногда и реже. Есть еще опция – звонок на зону, который могут официально оплатить родственники. Тебе присылают телеграмму, что разговор состоится в определенное время. Раньше такой звонок стоил 250 рублей.

При общем режиме разрешены длительные свидания по трое суток четыре  раза в год и короткие — тоже четыре раза по 3-4 часа. Если девушек переводят на облегченное содержание, то добавляют еще два свидания. Длительные свидания только с близкими, короткие - с кем угодно. Но, поскольку число свиданий ограничено, если приедет кто-то из журналистов, то родственники будут в пролете. Можно встретиться одновременно с несколькими людьми, но есть нормы из разряда «трое взрослых и один ребенок».

Короткие свидания — через стекло, длительные — в спецпомещении, мини-гостинице. Это маленькие комнатки — у нас было 10 — небольшая кухня и санузел. Мы заходили со стороны колонии, а посетители «с воли». Пока ты там, за тобой не следят, ты там вне рамок режима, хотя не можешь оттуда выйти.

Адвокат может ходить к заключенному хоть каждый день. Единственное условие — не в рабочее для заключенных время. Количество писем не ограничено, посылки — сколько хотите, но есть правила внутреннего регулирования — ты при себе не можешь иметь больше 20 кг. Могут отказать в приеме, если посылка весит больше.

Разрешают черную неброскую обувь на низкой подошве. Из своего можно колготки, рейтузы, свитера, футболки. Все должно быть черного цвета

Заключенные носят форменную одежду и обувь, но, как правило,  разрешают ходить в своей обуви, поскольку форменная — что-то типа кирзовых ботинок — не спасает зимой. Разрешают черную неброскую обувь на низкой подошве. Из своего можно колготки, рейтузы, свитера, футболки. Все должно быть черного цвета. Но и тут тоже могут быть ограничения. У нас, например, не разрешали свитера с воротником. Почему — никто не знает. Были планы чуть ли не одинаковое белье выдавать, но, кажется, пока этого правила нет.

В 6.00 подъем, в 6.05 зарядка, в 7.00 начало рабочего дня. В час обед, потом опять на работу до 16.00. В 19.00 ужин, в 22 отбой. Свободного времени довольно мало, оно в основном занято воспитательными мероприятиями.

Режим для всех одинаковый, но есть такая вещь как спецучет. Если обычно бирка у заключенного черного цвета, то у тех, кто на спецучете, она может быть красная. Этот режим существует для склонных к побегу, к самоубийству и осужденных за терроризм.

С Толоконниковой и Алехиной, по идее, не должно быть такого, но что может придумать руководство колонии — не известно. При этом режиме ты ограничен еще больше, помимо утренней и вечерней проверки на плацу, тебя могут проверять в любое время.

Есть и человеческий фактор. Думаю, что от девушек просто будут требовать жесткого исполнения режима. Например, косынку нужно завязывать спереди, но если завязал сзади — не ругают. Но в ситуации с ними не уверена, что это будет возможно. Или, например, в тумбочке должны лежать только зубная паста, щетка и расческа. Если положишь записную книжку — это уже нарушение. За это полагаются замечание, выговор или изолятор. Решает это комиссия из сотрудников администрации. В изоляторе можно провести максимум 15 дней, но могут продлить срок, если там что-то совершаешь . Если было два нарушения, могут дать 15 за одно и за другое подряд. Если совсем плохо себя ведешь, есть помещение камерного типа. Это как СИЗО внутри колонии, где можно провести от шести месяцев и выше.

В женских колониях в Мордовии в основном швейное производство, где-то пластмассовое. Часть заключенных заняты в бытовой сфере — повара, уборщики. Плюс каждый должен два часа в неделю разгружать уголь в котельной, копать и делать другую тяжелую работу.

Когда приезжаешь в колонию, тебя определяют в карантин на две недели. За это время административная комиссия решает, куда ты пойдешь работать и жить. Если ты повар по специальности, есть шанс попасть на кухню, но это не обязательно. Как правило, сначала все попадают на производство.

Когда меня этапировали, мы ехали в поезде, в «столыпинском вагоне», где вместо купе — камеры с решеткой. В Мордовии обычно довозят до Потьмы. Там пересылочный пункт,  откуда распределяют по колониям региона. Раньше был поезд «Кукушка» — он ходил между колониями, но сейчас развозят автозаками. В пути осужденные проводят 3-4 дня. У меня прошло 5 от порога СИЗО в Москве до ворот колонии.

Почти уверена, что девушек отправили в колонию в пятницу, уже тогда с ними не было связи. Теперь их связь с адвокатами закончена, а значит, защита узнает об их месте нахождения не раньше, чем сами девушки с ними свяжутся. Скорее всего, они уже на месте, уже могут написать письмо, но пока его прочтет цензор, пока оно дойдет, может пройти месяц. Позвонить с карантина нельзя.

 

 "Московские новости"