Звать в бой должны генералы, а не служители Бога

Благословение Преподобным Сергием Радонежским Дмитрия Донского Благословение Преподобным Сергием Радонежским Дмитрия Донского

 

Ошеломительная новость о начале военной операции российских Воздушно-космических сил в Сирии сопровождалась не менее поразительной по оперативности реакцией религиозных организаций нашей страны на это событие. Буквально сразу же появились комментарии председателя Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви и общества РПЦ протоиерея Всеволода Чаплина. Спустя несколько часов свое заявление сделал лидер Русской православной церкви.

 

Затем прокомментировали новость в Федерации еврейских общин России. В последующие дни на тему сирийской операции высказались представители исламских объединений – с разной степенью энтузиазма. Муфтий Таджуддин вынес фетву против исламистов. Муфтий Гайнутдин сдержанно одобрил действия руководства России. Было оперативно подготовлено заявление Межрелигиозного совета России, которое начинается так: «Традиционные религиозные общины России с пониманием восприняли решение Совета Федерации допустить использование Вооруженных сил страны для защиты мирных жителей Сирии от террористической угрозы и для поддержки правительственных войск Сирийской Арабской Республики в борьбе против ДАИШ» (ДАИШ – то же самое, что ИГ, только аббревиатура названия террористической и запрещенной в России организации на арабском языке).

 

 

Итак, первыми в информационный бой ринулись лидеры русского православия. Патриарх Московский и всея Руси Кирилл объяснил военную операцию необходимостью спасти христиан Ближнего Востока, гибнущих под ударами ИГ, иначе «Исламского государства». «Не меньше страдают и мусульмане этих мест, священных для представителей всех авраамических религий», – предусмотрительно добавил глава РПЦ. И вот главное: «К сожалению, политический процесс не привел к сколько-нибудь заметному облегчению участи невинных людей, и им необходима военная защита. Российская Федерация приняла ответственное решение об использовании вооруженных сил для защиты сирийского народа от бед, приносимых произволом террористов. Мы связываем с этим решением приближение мира и справедливости на этой древней земле». В заключение патриарх выразил надежду, что операция не выльется в большой конфликт и «все российские военные вернутся домой живыми». А если эти надежды не оправдаются?

 

Патриарх Кирилл должен хорошо помнить события недавнего прошлого, когда наша страна, тогда более обширная и могущественная, оказалась втянутой в многолетний военный конфликт. Имеется в виду война в Афганистане, начавшаяся с ввода ограниченного воинского контингента по просьбе правительства Демократической республики. Напомним, началу той войны предшествовало ожесточенное противостояние СССР и НАТО по вопросу безопасности в Европе. Русская православная церковь и ее экуменические сателлиты в странах народной демократии на протяжении всего 1979 года активно протестовали против размещения американских ракет на континенте.

 

Давайте повторим уроки истории еще раз! Первая реакция миролюбивой религиозной общественности СССР и его союзников на ввод ограниченного воинского контингента в Афганистан отмечена 16 января 1980 года. Это было не прямое заявление РПЦ, и прозвучало оно спустя три недели после того, как нога советского солдата ступила на афганскую землю. Документ выпустила Христианская мирная конференция (ХМК) – формально международная организация при ООН, но всегда выступающая за мирные инициативы Советского Союза. «Совершенно очевидны и понятны те причины, которые побудили правительство Афганистана просить о помощи соседнюю державу – Советский Союз и почему Советский Союз оказал эту помощь», – говорится в заявлении ХМК. Необходимость оказания такой помощи богословы-миротворцы объяснили «проблемой обеспечения права на жизнь и достоинство народа, находившегося на протяжении веков в условиях унижающей феодальной зависимости». «Опасными были также попытки противников афганской революции использовать религию для борьбы с прогрессивными путями развития афганского народа», – писали авторы документа. После этого комитет советует США, Пакистану и, кстати, Китаю не проявлять излишнюю «нервозность» и прекратить кампанию дискредитации СССР.

 

К слову сказать, второй под этим документом стоит подпись члена ХМК митрополита Киевского и Галицкого Филарета (Денисенко), который спустя 12 лет уйдет в раскол и возглавит Киевский патриархат, а спустя четверть века после того заявления в качестве лидера национальной церкви Украины обратится к властям США с просьбой вооружить свою страну для противостояния с Россией.

 

Вернемся в 1980 год. В марте Синод РПЦ наконец выпустил свое заявление, в котором отразил отношение к событиям в Афганистане. «Естественно, что правительство Афганистана в соответствии с Советско-афганским договором о дружбе, добрососедстве и сотрудничестве и Уставом ООН, многократно обращавшееся к нашей стране за помощью в отражении агрессии извне, получило эту помощь. Мы, церковные люди, понимаем и разделяем причины, приведшие к этому шагу советское правительство, и не считаем ни в какой мере оправданным использование событий в Афганистане со стороны США и ряда других стран для бурного нагнетания напряженности в отношениях между Востоком и Западом, между СССР и некоторыми неевропейскими странами», – говорится в этом документе, под которым стоят подписи патриарха Пимена и других архиереев. В том числе упомянутого Филарета и митрополита Алексия (Ридигера), позже ставшего патриархом Алексием II.

 

Надо сказать, что после мартовского Синода 1980 года Московский патриархат громких заявлений по ситуации в Афганистане не делал.

 

 

 

Миротворческие комитеты, где заправляла РПЦ, на протяжении 10 лет волновало множество конфликтов: начавшаяся вскоре ирано-иракская война, апартеид в ЮАР, неизменные страдания палестинского народа. Но об Афганистане – молчок! Только в выступлении на Съезде народных депутатов СССР митрополита Питирима (Нечаева), ставшего в 1989 году нардепом и членом комитета Верховного совета СССР по делам воинов-интернационалистов, прозвучало упоминание об «афганцах»: «К нашей совести обращены проблемы солдат, вернувшихся из Афганистана… Наш долг помочь всем им без исключения стать полноценными участниками созидательного труда». Как мы помним, в то время уже вовсю говорили об «афганском синдроме», о «цинковых мальчиках», и Церкви пришлось участвовать в работе по реабилитации ветеранов ограниченного контингента.

 

Сегодня никто не сомневается, что «Исламское государство» – это бесчеловечная группировка, несущая угрозу миру и безопасности во всем мире. Как и «Аль-Каида», которая, как мы помним, зародилась и окрепла в боях с советскими воинами в Афганистане. С этих позиций понятно решение политического руководства нашей страны начать операцию ВВС в Сирии, где окопалось «Исламское государство». Понятен бравый настрой командования Вооруженных сил России: без уверенности в собственной правоте не может быть победы.

 

Но действительно ли нужны священнослужители в первых рядах тех, кто зовет в бой? Слова духовных лидеров, особенно произнесенные по горячим следам мандата Совета Федерации об использовании войск России за границей, удивляют горячностью. В своих комментариях протоиерей Всеволод Чаплин заявляет об особой миссии России на Ближнем Востоке. «Борьба с терроризмом – это священная борьба, и сегодня наша страна является, пожалуй, самой активной силой в мире, которая борется с ним. Не потому, что у нее есть в этом корыстный интерес, а потому, что терроризм безнравственен», – говорит священнослужитель. С этими словами нельзя не согласиться, произнеси их политический лидер. Но в устах служителя Христа они производят угнетающее впечатление. Оно тем более сильно, что вспоминается, как в эфире «Эха Москвы» Чаплин говорил о необходимости войны, чтобы встряхнуть наше общество. Оно-де слишком благополучно…

 

В последнее время мы все чаще наблюдаем, как священнослужители освящают вооружение, позируют в красивых позах с пулеметами и ПЗРК. Недавно в Волгодонской епархии епископ благословил на ратные подвиги военных летчиков. Эти картинки мелькают в Рунете так часто, что стали восприниматься не как обычная часть массовки на военных сборах, а как тревожное веяние времени.

 

Сейчас председатель Отдела по взаимоотношениям Церкви и общества говорит о «священной войне», и эта метафора церковного златоуста тоже может быть понята буквально. В телевизионных ток-шоу, посвященных сирийской операции, уже прозвучала идея о том, что Сирия – якобы сакральная земля для русских христиан. По этой земле ходил апостол Петр, здесь совершала чудеса святая Фекла, место погребения которой под Дамаском осквернили исламисты. Патриарх Кирилл в своем заявлении по сирийской операции сказал о том, что от действий террористов страдают также обычные мусульмане, но его, кажется, не услышали слишком ярые поборники христианской исключительности, переводя политический конфликт в область религиозных войн, что чревато особыми сложностями.

 

Хотя, как уже было сказано, наши муфтии поддержали Россию, и некоторые даже выпустили фетвы против ИГ, но насколько весомо их мнение для массы отечественных мусульман-суннитов? В этом есть сомнения. Пропагандисты с той стороны невидимого фронта старательно убеждают наших сограждан в том, что Россия защищает «алавитский режим Асада» от суннитской оппозиции, а вовсе не борется с терроризмом. 

 

Не надо забывать, что во время пресловутой войны в Афганистане советские власти также работали с исламским общественным мнением. В 1980 году в Ташкенте при активном содействии советских мусульманских деятелей прошла международная исламская конференция, формально посвященная наступлению XV века хиджры – исхода правоверных из Мекки в Медину, с которого начинается исламское летоисчисление. Но переломить ситуацию в мусульманском мире СССР не удалось. Не хотелось бы и сейчас обострения отношений между религиями в России. Нет сомнений, что на такое развитие событий будут работать пропагандисты «Исламского государства».

 

Духовенство охотно вовлекается в политические и даже военные события нашего времени. Задача служителей религии – миротворить, а не умиротворять, участвуя в мобилизации общественного мнения. Тем более опасно звать на «священную войну». Не духовенство планирует военные операции, и не Церкви ручаться за их результат. 

 

 

Андрей Мельников